read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Ашнод соединила провода, и в ладонь иотийца ударила очередная молния. Тавносу показалось, что на этот раз Ашнод держала устройство включенным чуть дольше, чем былонеобходимо. Когда подмастерье пришел в себя, женщина продолжила:
— В пустыне только два источника материалов. Первый — это остатки транских машин, и Мишра разве что не просеял пустынный песок в их поисках. Второй — люди. Да, здесь они считаются материалом.
Тавнос промолчал.
— И если мне приходится пачкать руки, я не жалуюсь, — сказала Ашнод.
— Пачкать-то приходится в крови, — яростно бросил в ответ Тавнос.
Ашнод хотела соединить контакты, но передумала и положила локти на стол.
— У нас нет и намека на те богатства, которыми владеют восточные народы, — сказала она. — Мы довольствуемся тем, что есть.
— Вам плевать на все, что у вас есть, вы тратите все не задумываясь, — сказал Тавнос. Ашнод ответила ему непонимающим взглядом, подмастерье продолжил: — Вы не оставили от Иотии камня на камне, все, что могли, вырвали с корнем.
Ашнод сузила глаза.
— Тут ты прав. Я возражала, серьезно, но Мишра был неумолим. С Урзой такого не бывает?
Тавнос задумался, потом кивнул:
— Гораздо чаще, чем хотелось бы. А почему ты была против?
— Тебе мало того, что я просто была против? — спросила Ашнод.
— Да, — сказал Тавнос, — я хочу знать почему.
— Я считала, что это бесполезный расход средств, — ответила Ашнод. — Глупая, бессмысленная трата материальных и людских ресурсов, которые мы могли бы использовать в будущем.
— Так я и думал, — сказал Тавнос. — Предатель! Контакты снова соединились, но ненадолго. Несмотря на это, Тавносу показалось, что его сердце остановилось.
— И все же Мишра был неумолим, — выдавил из себя Тавнос, едва отдышавшись.
— Гм-м-м… — ответила Ашнод. — Тут вот какая штука — последние несколько лет Мишра от меня отдалился. Да, ему нужны мои мутанты, нужны доспехи моего изобретения, нужны мои идеи, но он очень боится, как бы его подданные не заподозрили, что он от меня зависит. Для фалладжи это признак слабости, а без их поддержки он по-прежнему бессилен.
— Без поддержки племенных вождей, — догадался Тавнос.
— Не только, — ответила Ашнод. — У него есть помощник, его старый телохранитель, теперь он стал его тенью. И эти джиксийцы. Их хлебом не корми — дай полистать мои записки.
— Джиксийцы? — заинтересовался Тавнос. — Монахи из Братства Джикса? Машинопоклонники?
— Да, — буркнула Ашнод, — отвратительные люди.
— Они и при аргивском дворе играют важную роль, — сказал Тавнос Они что, ваши шпионы?
Ашнод пожала плечами:
— Чего не знаю, того не знаю. Очень может быть, что они против обоих братьев для кого-то третьего. Я не доверяю им.
— Я тоже, — решительно закивал Тавнос. — Раз они работают и на Мишру, и на Урзу, доверять им нельзя ни за что. Предатели.
Последовал очередной разряд, Тавнос завопил от боли. Когда пытка закончилась, он прошептал:
— Боюсь, нам придется заканчивать. Следующего разряда я не вынесу.
— Идет, — сказала Ашнод. — Мы достаточно тут просидели, Мишра наверняка убедился, что ты крепкий орешек. Готов отдать жизнь за Урзу и все такое.
— Теперь они могут меня убить, — плюнул Тавнос. — Так для чего же ты пришла? Подразнить меня последний раз перед смертью?
— Еще раз удостовериться, что ты не глупее меня, — резко сказала Ашнод, — и еще раз поставить в неудобное положение тех, от кого Мишра так сильно зависит. Если все пройдет гладко, есть шанс, что ты снова окажешься у меня в долгу. Ведь главная забота каждой женщины — следить, чтобы все постоянно были у нее в долгу.
— О чем ты? — спросил Тавнос.
— Когда придет время, поймешь, — сказала Ашнод, — если ты и правда такой умный, каким себе кажешься. А на сегодня разговор окончен. — Ашнод в последний раз соединила контакты, и Тавнос корчился в судорогах, пока не потерял сознание.
Подмастерье не знал, сколько времени длилась пытка, но когда он пришел в себя, в камере уже были стражники. Его руку освободили от кандалов на столешнице и надевали старые. Тавносу казалось, что вместо сжатой в кулак правой руки у него большой огненный шар.
— Но ты ничего не спросила у меня, — выдохнул он. — Даже про машины не спросила.
Ашнод наклонилась к нему и прошипела:
— А зачем? У нас остались их. обломки. Благодаря им мы узнаем о вас с Урзой больше, чем если бы пытали тебя целый год.
Затем она вышла, и камера снова погрузилась во тьму.
Долгое время Тавнос неподвижна сидел во мраке, замедляя бег сердца, пытаясь отдышаться. Один раз на миг открылся и сразу закрылся глазок — невидимый наблюдатель убедился, что Ашнод не убила пленника.
Затем Тавнос медленно разжал руку. На все еще скованной болью ладони лежали серьги Ашнод и моток золотой проволоки. Драгоценные камни, вправленные в серьги, светились внутренним светом.
Тавнос мысленна повторил ее слова — Ашнод хотела удостовериться, что он столь же умен, сколь и она.
Подмастерье улыбнулся и отполз в угол камеры, где лежал оставленный ему в назидание череп.
Ашнод получила приказ прибыть во дворец, когда-то принадлежавший паше Томакула, — пред светлые очи Мишры. Прошел месяц со дня ее разговора с Тавносом, а три дня назад она представила Мишре окончательный отчет о состоянии и конструкциях новых аргивских машин. В них, вне всякого сомнения, содержались компоненты и технические решения, которые она могла бы использовать в своих собственных разработках.
Мишра сидел не за рабочим столом, а на троне бывшего паши. Он медленно, очень медленно сводил и разводил пальцы рук.
Когда Ашнод вернулась из Саринта, вид Мишры ее поразил. Император окончательно перестал следить за весом, и его седеющая борода не скрывала несколько подбородков. Одет он был в одежду кочевников, которая еще больше его полнила. За поясом он носил анх — нож в форме саринтского герба.
«На его внешности сказываются тяготы войны», — подумала Ашнод. Много лет подряд Мишра жил в страхе перед силой своего брата, а когда тот попытался напасть на него, сумел отбить удар. Теперь он жил в страхе перед новым нападением.
Справа, немного позади трона стоял Хаджар, столь же верный, сколь и молчаливый. Слева стоял монах-джиксиец, отвратительный урод, косоглазый горбун.
Ашнод преклонила колени, затем поднялась, готовая внимать словам императора.
— Пять дней назад от нас сбежал Тавнос, — бесстрастно сказал Мишра.
Ашнод нахмурилась.
— Почему мне не доложили? — недовольно сказала она. — Его поймали?
— Пока нет, — ответил Мишра.
— И мне никто не сказал? — В голосе Ашнод звучал металл. — Я могла бы помочь в погоне.
— Или помешать ей, — неожиданно раздались слова монаха.
Ашнод смерила священника взглядом, не оставлявшим сомнений — она оценивала, можно ли использовать его как материал для изготовления мутантов.
— Что вы хотите сказать? Ответил ей Мишра:
— Есть подозрение, что ты замешана в этом деле.
— Я… — выдохнула Ашнод, давая понять, что возмущена и удивлена вне всякой меры. — Кто высказал это подозрение? Кто обвиняет меня в этом?
Мишра ничего не сказал, а джиксиец рассмеялся нервным, свистящим смехом.
— Ты не станешь отрицать, что встречалась с беглым пленником, — прервал тишину Мишра.
— Всего один раз! — яростно парировала Ашнод. — С тех пор минул месяц! По твоему приказу! Чтобы понять, можно ли выбить из него показания на дыбе. Я быстро поняла —он не скажет ни слова, и я оставила его гнить в камере. Все это было в моем отчете.
— Разумеется, разумеется, — отмахнулся Мишра. — Дело, видишь ли, в том, что Тавносу удалось бежать только потому, что он использовал устройство, весьма похожее на твой посох.
— Прошу прощения? — Ашнод задумалась, достаточно ли убедительно она сыграла изумление.
— Он применил устройство, ослабившее его стража, — продолжил Мишра. — Это же устройство позволило ему отбиться от патруля, который почти схватил его. В общем, этоустройство очень похоже на то, которое ты сама применила против меня много лет назад, под стенами Зегона.
— Что это доказывает? — возразила Ашнод, сделав глубокий вдох. — Когда меня взяли в плен в Крооге, Тавнос отобрал у меня посох. Что могло помешать ему тщательно изучить его и изготовить точно такой же? Может быть, твои слуги недостаточно тщательно его обыскали. Тогда при чем здесь я?
— Кроме того, против тебя свидетельствует и то, как ты вела допрос, — продолжил Мишра таким тоном, как будто не расслышал слов Ашнод. — Должен заметить, метод ведения допроса меня удивил.
— Прежде мои методы тебя не удивляли, — бросила в ответ Ашнод. Но по ее спине побежали мурашки — неужели кто-то из стражников все же понял, о чем они говорили?
Мишра как будто читал ее мысли;
— Стражники, разумеется, говорили только на фалладжи — требовалось устранить малейшую возможность общения между ними и узником. Однако им свойственна отличная память. Они сумели воспроизвести звуки и части слов вашей беседы, и их свидетельства нас весьма заинтересовали. Они, конечно, не понимали значения слов, они просто повторяли звуки, так что полученный мной перевод не слишком точен, но им было приказано точно воспроизвести те моменты, когда ты произносила мое имя.
Ашнод почувствовала, как по спине у нее течет холодный пот.
— Если ты не доверяешь мне, мой господин, в следующий раз посылай со мной стражника, который понимает язык пленника. Я убеждена, что стражники не могли точно воспроизвести мои слова.
— Я бы поверил тебе, — сказал Мишра, — если бы у меня не было улик. Монах, будь так добр, покажи свою находку.
Джиксиец расхохотался и разжал ладонь. На ней лежали серьги. Камней в них не было.
— Нашел их в сточной канаве недалеко от камеры, — прокудахтал монах.
— Чего только люди не теряют, — невозмутимо ответила Ашнод.
— В самом деле, — сказал Мишра. Его взгляд был устремлен поверх плеч Ашнод. — Я уверен, у тебя были такие же. Только теперь их нет. А в этих, что нашел монах, нет силовых камней, которые были в них вправлены.
Ашнод открыла было рот, но промолчала. Мишра, видимо, решил не обращать на ее слова ни малейшего внимания. Даже если бы она была чиста перед ним, обстоятельства говорили не в пользу Ашнод.
А ее совесть была нечиста.
— Мой господин, — сказала она, меняя тактику, — известно ли тебе, что при дворе Урзы тоже есть члены Братства Джикса?
Лицо Мишры осталось бесстрастным, лишь на мгновение дернулся рот — когда Ашнод произнесла имя его брата. Он сказал:
— Тебе рассказал об этом ученик моего брата?
— Да, — сказала Ашнод.
— Фигурировало ли это обстоятельство в твоем отчете? — сузив глаза, спросил Мишра.
Ашнод поняла, что проиграла. Пытаясь отвести от себя обвинения, она призналась, что утаила от своего господина важную информацию. Усилием воли она подавила гримасуужаса и сказала:
— Не в моих правилах обвинять других, — Ашнод кивнула в сторону монаха, — пока у меня нет доказательств.
— Что же, теперь они у тебя появились? — спросил Мишра.
— Я ожидаю подтверждения из других источников, — ответила Ашнод, — но, учитывая предъявленные мне обвинения, я не могу больше хранить это в тайне.
— А я и так об этом знаю, — сказал Мишра, — святой отец сам рассказал мне. Ты же об этом умолчала. Ты не оставила мне шансов. Дело решено в пользу монахов.
Ашнод схватилась за последнюю соломинку.
— Неужели я должна нести наказание за побег какого-то пленника?
— Дело не в пленнике, — сказал Мишра.
— Стражники что, не виноваты? — продолжила Ашнод.
— Они уже казнены, — сказал Мишра, — по моему личному приказу.
Ашнод вздохнула:
— Я понимаю. Какая судьба ожидает меня?
На миг ей показалось, что Мишра решил простить ее, но лишь на миг.
— Ты приговариваешься к изгнанию.
— О мудрейший из мудрых, я… — начала Ашнод.
— К изгнанию, — повысил голос Мишра. Монах снова закудахтал и довольно потер руки. «Да, — с горечью подумала Ашнод, — джиксийцы держали все под контролем с самого начала».
— Урза не поступил бы так низко со своим учеником, — в гневе бросила Ашнод.
Едва отзвучало последнее слово, Ашнод поняла, что совершила ошибку. Лицо Мишры исказила страшная гримаса.
— Не твоего ума дело, как поступил бы в таком случае мой брат! — громовым голосом возгласил император.
Мишра откинулся на спинку трона. Гроза миновала, но в его глазах все еще полыхал огонь.
— Объявляю, что ты не имеешь права оставаться ни здесь, при дворе, ни на территории империи фалладжи. Сегодня же ты уедешь. По всей империи будет разослан приказ — если тебя обнаружат на моей земле после восхода солнца завтра утром, тебя предадут смерти. Мучительной медленной смерти. Понятно ли я изъясняюсь?
Ашнод заглянула Мишре в глаза и кивнула.
— Твои слова прозрачнее, чем вода из оазиса. — Низко поклонившись, Ашнод вышла из тронного зала.
Она помчалась в свои покои, но на полдороге остановилась. «Бессмысленно», — поняла она. Монахи уже там, роются в ее книгах, дневниках, просеивают каждую пылинку в ее лаборатории, присваивают ее открытия, дерутся из-за ее личных вещей. Ничто не доставит им большего удовольствия, чем возможность задержать ее, а затем, под предлогом исполнения приказа Мишры, попытаться убить.
И Ашнод направилась к конюшне, взяла верного вороного — боевого коня, благодаря которому спаслась с поля битвы в Корлисе. Она увозила с собой лишь то, что было на ней надето, и то, что было у нее в голове. Что же, ей придется довольствоваться этим.
Она выехала из дворца и остановила лошадь. Улица вела на запад и на восток. На восток лежала дорога в Аргив, но за ней, несомненно, следят. На запад лежала дорога в неизвестность.
Ашнод повернула коня на запад, в сторону города Терисии, в земли, на которые еще не распространилась ни власть Мишры, ни власть Урзы.
Страж ворот запомнил, куда направилась женщина, и передал эту весть монаху, который и попросил его обратить на это внимание. Тот передал весть своему старшему, который нашептал ее Мишре. Мишра кивнул и занялся разработкой плана следующей военной кампании славной имперской армии.
Глава 26
Механические птицы
Тавнос почти добрался до границы, когда его настиг мак фава. Подмастерье ожидал этого. Ему так везло всю дорогу, что он не мог избавиться от мысли — везение вот-вот закончится.
После побега, вместо того чтобы отправиться в Иотию, он поехал на северо-восток, через пустыню, к перевалам, ведущим в Аргив. Именно благодаря этому маневру его не смогли поймать по горячим следам. Некоторое время он прятался среди саринтских беженцев на берегах Мардуна, передвигаясь исключительно по ночам и только в одиночку.Он предпочитал ехать при мягком свете Туманной луны, но когда ее не было в небе, ему хватало и неверного света Мерцающей луны. В последний вечер ни та, ни другая не взошла, и Тавнос, чувствуя близость цели, рискнул и решился на дневной переход.
Утром он чуть было не расстался и с лошадью, и с собственной жизнью, попав в зону действия одного из изобретений Мишры. Устройство реагировало на внешние воздействия, подобно стражам Урзы, и было скрыто под песком, ожидая незваного гостя.
Едва лошадь Тавноса ступила в область чувствительности прибора, песок под ней запел. Тавнос попытался остановить лошадь, но та против его воли прыгнула что есть сил вперед.
Тавносу снова повезло. Повинуйся его скакун поводьям, ученый попал бы в ловушку. Из-под песка взметнулись провода и металлические захваты с зазубринами и в бешеномритме забили по земле. К небу поднялся странный, скрежещущий вой. Из-за горизонта на зов стража что-то отозвалось.
Тавнос впился руками в гриву коня, и тот понесся вперед. Тавнос же обернулся.
Стальные прутья еще некоторое время лупили по песку, затем неторопливо спрятались туда, откуда и появились, хитроумно засыпав самих себя песком. Не прошло и минуты, как перед глазами ученого лежала столь же ровная песчаная равнина, как и до того, как он наступил на капкан.
Тавнос почувствовал, как по спине у него пробежала струйка холодного пота. Если бы устройство просто атаковало, то можно было уже не волноваться — ученый сумел ускользнуть из цепких лап машины. Но оно послало кому-то сигнал, известив, что обнаружен враг. И этот кто-то или что-то принял сигнал.
Тавнос что есть силы пришпорил коня и поскакал во весь опор к перевалу, надеясь, что больше капканов не встретится на пути.
В очередной раз оглянувшись, ученый увидел на горизонте столб пыли. Погоня, понял Тавнос и снова пришпорил коня, но когда обернулся снова, то увидел в пыльном облаке черную точку, которая, казалось, рвала пустыню на части, поднимая в небо целые барханы.
Это был механический дракон. Земля под копытами лошади пошла вверх, Тавнос краем глаза отметил выходы скальных пород, покрытые кустарниками. Он решил было спрятаться, но передумал и поскакал к перевалу. Механические драконы в большинстве были машинами неуклюжими, и пробираться по скалам им было нелегко.
Тавнос снова обернулся. Теперь он уже различил отдельные детали в корпусе монстра. Судя по всему, это была одна из последних моделей, менее угловатая, внешне более аккуратная, но ей все равно было далеко до чудовищ, которые уничтожили Кроог. Даже с большого расстояния Тавнос видел, как голова машины дергается вверх и вниз, словно сотрясаемая спазмами.
Тавнос не успел и глазом моргнуть — чудовище открыло в спине люки, и оттуда выдвинулись и развернулись крылья. Раскрывшись полностью, они начали судорожно бить по воздуху, посылая во все стороны солнечные зайчики. Сначала туча пыли увеличилась, затем исчезла — монстр оторвался от земли и набрал высоту.
Тавнос выругался и еще сильнее пришпорил коня, который перешел на галоп.
«Не успею», — подумал ученый. Летающие механические драконы уничтожили почти все воздушные отряды под Томакулом. В аргивском арсенале не было ничего, что могло быпротивостоять им.
На миг Тавнос решил бросить лошадь и спрятаться, но передумал. Если ему удастся добраться до входа в узкую расщелину, с которой начинался собственно перевал, то он, вероятно, успеет доскакать до аргивской пограничной заставы прежде, чем его догонит дракон.
Он почти успел.
Тавнос не видел момента атаки, но ощутил давление воздуха в тот миг, когда дракон за его спиной вошел в пике. Раздался рев, и на его спину обрушилась волна жара.
Лошадь отчаянно заржала и оступилась, вышвырнув его из седла. Тавнос полетел вниз, закрыв лицо руками. Ему удалось сгруппироваться и приземлиться на плечо, но сила начального толчка перевернула его на бок и бросила на жесткие камни.
Главный ученый закашлялся от дыма: его лошадь горела заживо и в агонии била по воздуху ногами.
Сожалея о коне, Тавнос все же отметил, что дракон выдохнул горящую желеобразную массу. «Очередная опасность, против которой придется найти средство», — подумал он.
Тавнос взглянул вверх и увидел, что дракон набирает высоту прямо над ним, готовясь ринуться вниз. Ученый был абсолютно беззащитен, он не сомневался, что дракон следит за его перемещениями и намеревается покончить с ним второй атакой.
И тут появились птицы с железными крыльями. Казалось, дракона облепил пчелиный рой. Сначала Тавнос решил, что птицы настоящие. Но, приглядевшись, он понял, что это машины, каждая размером с человека. Они кружились вокруг дракона, пикировали на него, — словно отчаянные воробьи, решившие стаей победить ястреба.
Дракон поднял голову и нанес удар по одной из крылатых машин. Птица ловко увернулась от неуклюжей морды, по движению воздуха определив направление атаки.
Тавнос улыбнулся, несмотря на боль. Он понял, что это были за птицы и кто их построил. И кто додал строителю идею.
Птицы все кружились вокруг дракона. Тому еще удавалось держать высоту, но нападающие были быстрее него, так что ужасающие челюсти монстра, смыкаясь с громким клацанием, хватали воздух. Он изрыгнул пламя, но сумел уничтожить лишь одну птицу. Он никак не мог их отогнать, и, чтобы удержаться на лету, ему приходилось отчаянно работать крыльями.
У нападающих были острые как бритва клювы, и они сумели разрушить часть внешнего корпуса чудовища. В спине мак фава зияли дыры, на которых сконцентрировали свои атаки птицы поменьше.
На глазах Тавноса одна из таких птиц на всей скорости влетела в дыру, пробитую у точки крепления крыла дракона к корпусу. Раздался скрежет, затем звук ломающегося металла, затем небольшой взрыв. Крыло сложилось и начало убираться внутрь корпуса. Дракон зарычал, как будто бы и вправду испытывал боль, и завалился на левое крыло.
Через миг он уже камнем падал вниз. Целое крыло изо всех сил било по воздуху.
Тавнос бросился на землю и накрыл голову руками. В двухстах ярдах от него механический дракон врезался в землю. Даже на таком расстоянии Тавнос едва не изжарился —баки с горючей смесью воспламенились, и в небо поднялся разноцветный огненный шар. Когда Тавнос снова открыл глаза, на месте падения машины лежал лишь обгоревший каркас из металлических ребер. Если у дракона и был экипаж, все его члены погибли.
Металлические птицы развернулись, выстроились клином и полетели на восток вдоль перевала.
Тавнос медленно захромал им вслед, в сторону Аргива.
— Верно, механические птицы, — сказал Урза, опустошив свой любимый кубок. — И ты прав — в основе своей это та самая игрушка, что ты сработал для малыша Харбина.
— Я так и подумал, — ответил Тавнос, усаживаясь в заваленное подушками кресло, каких теперь было большинство в приемной Урзы. Правая рука ученого висела на перевязи, но в остальном бывший подмастерье был цел.
Урза уселся в кресло напротив него. Волосы Верховного Лорда-изобретателя побелели, морщины стали глубже. Со времени их последнего свидания Урза похудел, кроме того, Тавнос знал, что теперь стареющий изобретатель не может читать без очков» Тавнос машинально почесал темя — кажется, он сам начинает лысеть.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 [ 27 ] 28 29 30 31 32 33 34
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.