read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


– Сейчас мои ребята дадут тебе пистолет, из которого застрелили твоего дружка. Ты возьмешь его, будешь смотреть на труп и истерично кричать: «Игорь, зачем я тебя убила?!» Потом признаешься в убийстве. Скажешь: я такая-то, такая-то, фамилия, имя, отчество, убила своего любовника за то, что он не захотел уходить от жены. Поняла?
– Да, – я, словно китайский болванчик, кивала и кивала.
– А мы в это время будем записывать твое признание на камеры мобильных телефонов. Или все же лучше на тот свет тебя отправить? Выбирай.
– Я сделаю все, что вы скажете…
Я перед видеокамерами трех мобильных телефонов взяла разряженный пистолет, из которого убили Игоря, и громко зарыдала:
– Игорь, зачем я тебя убила?! Ты сам виноват в своей смерти, потому что не захотел уйти от своей жены. Я тысячу раз просила тебя об этом. Ты постоянно мне врал и кормилобещаниями! Если бы ты ушел от жены, то ничего этого не было бы. Мы бы жили долго и счастливо! Я так сильно тебя люблю!..
После этого я смахнула слезы и, всхлипывая, произнесла:
– Я, Скворцова Наталья Викторовна, признаюсь в том, что я убила своего любовника Игоря на почве ревности к его жене. Я больше не могла терпеть двойную жизнь любовника и неоднократно просила его прибиться к одному берегу, но он постоянно врал, что скоро разведется, и все равно жил с женой. Я больше не могла делить с ней Игоря. Я не хотела убивать, но так получилось…
Когда камеры были выключены, я вернула убийцам пистолет и, прикрываясь простыней, спросила испуганно:
– А можно я оденусь?
– Одевайся, – сказал Егор, не отводя от меня глаз.
– А вы меня теперь не убьете?
– Если будешь вести себя разумно и делать, что говорят, то нет.
– А я должна еще что-то делать?
– Ты теперь нам много чего должна. Ты нам своей жизнью обязана. Поняла?
Я быстро кивнула и вытерла ладонью мокрое от слез лицо.
– Одевайся, быстро умойся, и поехали отсюда. А то вдруг жена решит проверить, здесь ли ее муженек и один ли он?
Я не могла расстаться с простыней и смотрела то на мужчин, то на валявшуюся на полу свою одежду.
– А вы не отвернетесь? – робко произнесла я, вызвав своим вопросом смех.
– А ты что, стесняешься? Ты же с первого раза дала незнакомому мужику…
– У меня в первый раз такое.
– Все вы так говорите! Одевайся, времени нет.
Я тут же вскочила с кровати и, схватив кружевные трусики-стринги, стала натягивать их дрожащими руками. Затем быстро оделась и, еще не придя в себя, машинально произнесла:
– Только не убивайте. Пожалуйста, не убивайте…
– Если будешь хорошей девочкой, то никто тебя пальцем не тронет.
– А что я должна еще сделать?
– Все, что мы тебе скажем. Идем.
Глава 3
Когда меня привезли в какой-то дом, я дрожала как осиновый лист и еще плохо понимала, что же произошло. Меня провели в гостиную и налили виски со льдом.
– Выпей, а то трясешься, как в лихорадке, – сидящий напротив меня Егор пододвинул мне бокал.
– А вы меня не убьете? – повторяла я как заклинание одну и ту же фразу и ощущала, как на нервной почве у меня начался тик.
Такое уже бывало ранее, когда я сдавала сессию и жутко нервничала.
– Что ты заладила, как попугай? Если нам надо было тебя убить, то мы бы убили тебя сразу. Сама подумай, кто оставляет в живых свидетелей преступления просто так?
– Никто, – ледяным голосом ответила я и выпила предложенную порцию виски.
– Получается, ты родилась в рубашке. Мы дали тебе шанс жить. Мы действительно не ожидали, что Игорь не один, а когда тебя увидели, то поняли, что ни к чему нам убивать такую красотку. Ты нам еще пригодишься. Пей, приходи в себя, успокаивайся. Я же вижу, как тебя сильно колбасит. Страшно?
– Очень.
– Это жизнь, и в ней может быть все, что угодно.
– А вы меня отпустите?
– Ну вот, еще несколько секунд назад ты просила тебя не убивать, а теперь уже отпустить. Ну ты своими мозгами пораскинь, куда я могу тебя отпустить, если ты видела то, что не нужно?
– У меня через неделю сессия начинается. Нужно готовиться.
Мои слова почему-то вызвали у Егора смех, а у меня недоумение. Мне показалось, что я не сказала ничего смешного.
– Какая, к черту, сессия? Зачем учиться, чтобы потом работать за копейки? Будешь работать на меня и хорошо получать.
– Я не могу, извините. Я с таким трудом поступила в институт. Я не могу его бросить.
– Забудь про учебу. Не придешь на сессию – тебя автоматически отчислят.
– Мне очень нравится учиться. Я хочу работать по специальности. Пожалуйста, отпустите меня. Я же никому и ничего плохого не сделала. Я сделала все, что вы хотели.
– А что я хотел? – язвительно поинтересовался Егор.
– Чтобы я взяла преступление на себя, – шепотом ответила я. – Я это сделала.
– Но это слишком мало, чтобы продолжать жить.
– А что еще?
– Будешь делать то, что я тебе скажу.
– Всю жизнь?
– Теперь твоя жизнь целиком и полностью зависит от меня. И только мне решать, какой она будет: короткой или длинной.
Я опустила глаза, ощущая, как меня охватывает паника. Меня оставили в живых, но мое будущее неизвестно, и, судя по словам этого Егора, меня отсюда живой не выпустят. Меня охватило такое сильное отчаяние, что захотелось упасть на пол и кричать от беспомощности.
– Я хочу домой, – только и смогла выдавить я из себя.
– А где твой дом?
– Я живу в Подмосковье. Добираться до института слишком долго. Поэтому я снимаю со своей однокурсницей квартиру на самой окраине Москвы.
– А ты хочешь вернуться домой?
– Да, – кивнула я.
– А ведь совсем недавно ты хотела жить, и тебе было безразлично, что с тобой будет дальше, если ты останешься в живых. Послушай, Наташа, а может, тебя действительно лучше шлепнуть, чтобы ты не мучилась?
– Что значит шлепнуть?
– Помочь уйти в мир иной.
– Нет! – крикнула я и в ужасе посмотрела на Егора.
– Значит, ты хочешь остаться в живых?
– Хочу, – спешно ответила я и закусила нижнюю губу.
– Тогда тебе придется жить по моим правилам. Я подарил тебе жизнь, и я буду ей распоряжаться. Будешь работать на меня и исполнять все, что я тебе скажу. И не вздумай сбежать.
Говоря это, Егор так смотрел на меня, что по моему телу пробежали мурашки.
– У меня есть запись, на которой ты признаешься в убийстве Игоря. Она сразу попадет по месту назначения, и даже страшно представить, какой срок тебе дадут. Ты в тюрьму хочешь?
– Нет.
– Умирать ты не хочешь, в тюрьму не хочешь! Тогда слушайся меня.
Ночью я задремала с огромным трудом. Я лежала в комнате с одним крохотным зарешеченным окном, смотрела в темный потолок и смахивала слезы. Если бы я знала, что случайная связь обернется для меня таким диким кошмаром, я бы никогда в жизни не поехала с Игорем на дачу… Я несколько раз прокручивала в голове кошмарные события минувшего дня. Мне было очень жалко Игоря, а еще больше жалко себя, ведь Игорю уже ничем не поможешь. Правда, я не знала, смогу ли я помочь самой себе, ведь даже если мне удастся убежать из этого дома, меня тут же возьмут наши правоохранительные органы и мне будет достаточно сложно доказать, что я не являюсь убийцей Игоря.
А еще я не могла представить себе, как я должна работать на этого Егора. Чем должна заниматься? В голове роилась масса мыслей, и каждая из них была хуже другой. От этих горьких раздумий я уже не понимала, повезло мне, что я осталась жива, или мне бы лучше умереть.
В памяти всплыл мой институт, моя группа и парнишка со старшего курса, который постоянно пожирал меня глазами, но так ни разу и не подошел. Игра в гляделки длилась почти год. Если я не видела его в институтских стенах, то мое настроение тут же ухудшалось, все вокруг становилось каким-то серым, будничным и неинтересным. Как толькоон появлялся, я расправляла плечи, оживала, расцветала на глазах, старалась выглядеть как можно лучше и ждала того момента, когда он пройдет мимо и мы встретимся взглядом. Я сотню раз злилась на него за то, что он не подходит ко мне, но моя однокурсница Валя убеждала меня, что сейчас такая тенденция и самое большее, что парни могут сделать в отношении девушек, так это только на них смотреть. Такие вот «смотрящие» молодые люди.
Я уже давно пришла к мысли, что должна сделать шаг навстречу сама, но не могла. Не пойму, что меня останавливало? Нас приучили, что инициатива должна исходить от мужчины… И вот теперь я жалею, что не сделала этот шаг. Сильно жалею. По крайней мере, было бы что вспомнить. Какая разница, кто сделает шаг навстречу друг другу первым, главное, чтобы двое встретились и были счастливы. Господи, а я ведь совершенно ничего о нем не знаю. Ничего… И наверно, уже никогда и не узнаю.
По щекам вновь потекли слезы. И откуда у человека может быть столько слез? Кажется, что ты их уже все выплакал, а они все текут и текут. Кто бы мог подумать, что со мной может произойти подобное? Отдаться первому попавшемуся мужчине, к которому воспылала страстью, и попасть в страшный переплет…* * *
Открыв глаза, я увидела сквозь крохотное окошко пробивающийся дневной свет и, приподняв голову, попыталась припомнить все, что произошло со мной этой ночью. Чем больше я вспоминала, тем больше и больше приходила в состояние дикого ужаса и полнейшей безнадежности. Выход был только один – бежать. Бежать при первой появившейся на горизонте возможности.
Я встала на кровать и дотянулась на цыпочках до крохотного окошечка с железными прутьями. Я не увидела ничего, кроме лужайки и двухметрового забора с видеокамерами. Я плюхнулась обратно на кровать, обняла подушку и, поджав под себя ноги, закрыла глаза, чтобы не видеть мерзкую комнату. Мне было больно, страшно и одиноко…
Где-то там, далеко, остался мой поселок со старой избой, в которой жили мама и три младшие сестренки. Отец мой давно сгорел от водки, и вместо скорби мы после его смерти почувствовали только облегчение. С этой минуты наша жизнь стала более спокойной, размеренной и даже дружной.
Я с детства тянулась к языкам. Покупала различные учебники, учила английский, занимаясь дополнительно со школьной учительницей. Мало кто верил, что я смогу поступить на бесплатное отделение довольно престижного института, так как конкурс был просто сумасшедший, но я смогла. Без связей, спонсоров и денег.
Прожив год в общежитии, мы вместе со моей однокурсницей сняли крошечную двухкомнатную квартирку. После занятий подрабатывали репетиторами английского языка, жили без выходных, праздников и свободного времени. Я стоила дешевле, чем старшекурсники или преподаватели институтов с какими-нибудь научными званиями, но от учеников у меня отбоя не было.
Одного мальчика мне пришлось покинуть по собственному желанию, несмотря на то, что он был достаточно умным ребенком и делал значительные успехи. Дело в том, что егоотец положил на меня глаз и постоянно оказывал мне недвусмысленные знаки внимания. Я делала вид, что ничего не замечаю, и особую неловкость чувствовала именно в те моменты, когда мама мальчика находилась дома. Это была красивая, интересная и душевная женщина, которая относилась ко мне с теплотой и интересовалась моими делами. Мне было очень стыдно, когда ее муж незаметно пытался ущипнуть меня за попку или, выбрав момент, пока жена была на кухне, а ребенок учил новые слова, пытался залезть мне под юбку. А в последний раз и вовсе его поведение не укладывалось ни в какие рамки. В этот день мамы мальчика не было дома, и, когда мы с ребенком читали текст, он позвал меня на кухню. Стоило мне зайти туда, как мужчина закрыл дверь, задрал на мне платье, завалил на стол, стал стягивать с меня трусики. Я была в шоке. Закричишь – прибежит перепуганный ребенок, расскажет все матери, и тогда попробуй докажи, что ее муж сам начал ко мне приставать. Никто не поверит. Молчать и отдаться этому хаму – значит, себя не уважать и стать безмолвной шлюхой, удовлетворяющей похотливые желания абсолютно чужого мужика. Я попыталась вырваться, но этот идиот схватил меня за волосы и чуть слышно сказал:
– Молчи, сучка. Не дай бог, мой пацан услышит, убью. Расслабься, я тебе приплачу. Только молчи. Будешь мне давать – твоя ставка повысится.
Я не помню, как смогла вырваться без лишнего шума, ударила чересчур настойчивого папашу в пах и бросилась прочь. Выбежав в коридор, я быстро обулась и, не обращая внимания на крик ребенка: «Тетя Наташа, вы куда?», рванула со всех ног вниз по лестнице.
Мать мальчика мне неоднократно звонила, спрашивала, почему я так неожиданно ушла и больше не объявляюсь. Ребенок очень переживает и не хочет другого преподавателя. Пришлось врать, что в тот день мне по семейным обстоятельствам пришлось срочно уехать из города. Она звонила мне еще несколько раз, и, разговаривая с нею, я ощущала совершенно непонятную перед ней вину.
– Ну что, проснулась?
Я еще сильнее прижала к себе подушку и посмотрела на зашедшего в комнату Егора.
Глава 4
– Как дела?
– Не знаю, – ответила я, чувствуя, что страх вновь возвращается ко мне.
– Как спалось на новом месте? Ты загадала, чтобы жених приснился невесте?
Поняв, что Егор надо мной издевается, я пожала плечами.
– Иди умывайся и приготовь что-нибудь поесть. У нас полный холодильник продуктов.
Сварив суп и пожарив котлет, я накрыла на стол. Интересно, вдвоем ли мы с Егором в доме или еще кто-то есть? Пока посторонних лиц в доме не наблюдалось. Сев напротив Егора, я без особого аппетита проглотила ложку супа, боясь поднять глаза и уж тем более встретиться с ним взглядом.
– Через неделю улетаем в Тунис. Как раз к вылету будет готов твой новый заграничный паспорт. По паспорту тебя по-прежнему зовут Наташей, только у тебя другая фамилия и отчество. У нас ровно неделя для того, чтобы ты смогла привести себя в порядок. Целый день будем проводить в SPA-центре. Мне тоже не мешает привести в порядок здоровье, а тебе – твой внешний вид. Какая-то ты вся бледная, губы синие, под глазами черные круги. Ни один мужик на тебя не клюнет. Хватит страдать. У тебя началась новая жизнь и больше нет никаких поводов для страданий. Ты слышишь меня?
В первый раз с того самого момента, как начался этот кошмар, я улыбнулась. Мои страхи, что из меня сделают сексуальную рабыню и будут держать в комнате с решеткой всю жизнь, остались позади. Если я смогу уехать в другую страну и находиться среди людей, значит, найду момент и убегу. И пусть у меня не будет ни денег, ни паспорта, я всегда смогу найти наше посольство и рассказать о своей беде. Правда, мне не давала покоя мысль, что в руках Егора видеозапись, на которой я признаюсь в убийстве. Как жетяжело теперь будет доказать, что я не имею к этому убийству никакого отношения и что меня вынудили это сделать.
– Что ты улыбаешься? – нахмурил брови Егор. – Я сказал что-то смешное?
– Я никогда не была за границей.
– Что, совсем никогда?
– Но я очень об этом мечтала. Именно поэтому я и учу языки.
– Считай, что твоя мечта сбылась, а я волшебник, который появился в твоей жизни и все изменил. Только не думай, что я добрый волшебник. Совсем нет. Я очень злой, и любое мое волшебство тебе придется отрабатывать. Кстати, тебе кто-нибудь говорил, что ты хреново готовишь?
– Да я никогда толком и не готовила.
– Я в ресторанах привык есть, а ты готовишь отвратительно. По-студенчески.
– Мы с подругой привыкли готовить из минимума продуктов.
– А зачем готовить из минимума, если в холодильнике максимум? Ты что, сэкономить решила? Мне твоя экономия не нужна. Для меня важно, чтобы было вкусно и еда не была поросячьей. А ты приготовила настоящую поросячью еду. Если в следующий раз состряпаешь подобное, я надену тебе кастрюлю на голову. Тебе пока здесь заниматься нечем, поэтому учись готовить. Оттачивай свое мастерство.
Всю следующую неделю я чувствовала себя пленницей, которую из комнаты выпускали лишь для того, чтобы она что-то приготовила и поела сама. Иногда со мной был Егор, а иногда – кто-то из его сообщников. Один раз, когда я на кухне чистила картошку, я увидела того, кто стрелял в Игоря, и мне показалось, будто мое сердце вот-вот выскочитиз груди.
– Привет, – бросил он мне и снял крышку с кастрюли. – Есть что пожрать?
– Нет еще. Я готовлю.
В этот момент из моих рук выскочил нож, и я поспешила его поднять. Подняв нож, я положила картофелину на доску и хотела ее порезать, но вместо этого попала по пальцу и взвыла от боли. Убийца Игоря достал носовой платок и протянул его мне.
– Послушай, у тебя откуда руки растут? Из жопы? Мало того, что долго жрать готовишь, так еще пальцы себе режешь.
– Извини.
– Да ладно передо мной извиняться. Ты лучше пожрать побыстрее приготовь и голодом не мори.
Только после того, как грубиян скрылся за дверью, я смогла спокойно приготовить наваристый борщ, часто поглядывая в окно. Из него открывался вид на глухой двухметровый забор и пустой двор.
За день до отлета Егор показал мне новенький заграничный паспорт.
– Ну как? Завтра летим.
– А почему ты не захотел сделать паспорт на мою настоящую фамилию? – к концу недели я стала обращаться к Егору на «ты».
– Зачем рисковать? Вдруг на тебя подадут в розыск. Как, ты говоришь, зовут твою однокурсницу, с которой ты снимаешь квартиру?
– Валя.
Егор хитро улыбнулся и, недолго думая, протянул мне свой мобильный телефон:
– А ну-ка позвони Вале.
– Зачем? – опешила я.
– Позвони, я сказал. Мой номер никогда не определяется, поэтому твоя подруга не поймет, откуда ты звонила.
– А что я должна сказать?
– Скажи, что ты встретила классного мужика, влюбилась и уезжаешь с ним в Сочи, что у него там огромный дом с бассейном и что пока тебе не хочется возвращаться обратно. Ты должна быть достаточно убедительной и твоя подружка обязана поверить, что ты потеряла голову от любви, наплевала на сессию и пустилась во все тяжкие. Мне нужно,чтобы тебя не искали.
– Валя слишком хорошо меня знает, чтобы поверить в подобную чушь. Она знает, насколько для меня важна учеба и как я к ней отношусь.
– Ты должна преподнести это так, чтобы подруга тебе поверила. Важно, чтобы она не наводила панику и не кричала на каждом углу о твоем исчезновении. Пусть девочка себе учится, сдает экзамены и думает, что ты втрескалась в крутого парня и укатила в Сочи. Если ты ее не убедишь, то вместо поездки за границу получишь пулю в лоб, и на этом точка.
Не став шутить с огнем, я взяла протянутый телефон и набрала номер Вали. Услышав мой голос, она возмущенно закричала в трубку:
– Наташка, я уже не знаю, что и думать! Твой мобильник отключен. Сессия началась. Что у тебя случилось?! Почему ты меня не предупредила, где ты? Как ты собираешься сдавать сессию? Возвращайся немедленно!
– Валя, я пока не могу вернуться, – глухо сказала я и чуть было не зарыдала.
Егор с силой толкнул меня в бок. Поморщившись от боли, я собрала волю в кулак и заговорила более оживленно.
– Как это не вернешься? Ты что, с ума сошла? – не могла успокоиться Валя. – С тобой что-то слу–чилось?
– Да.
– Что? Говори, а то я с ума сойду.
– Я сошла с ума. Ты что, не знаешь, как от любви сходят с ума?
– От какой любви? Наташа, у тебя сессия!
– Валя, слушай меня внимательно. Я влюбилась так, как не влюблялась никогда в жизни. Мой любимый живет в Сочи. Я не хочу его потерять и улетаю вместе с ним. Он красив как бог, богат, у него дом с бассейном. Я не могу не воспользоваться шансом устроить свою личную жизнь. Если он улетит один, то я навсегда его потеряю. Так что, меня теперь ничего не интересует, кроме моего любимого. Валя, я еще никогда не была так счастлива, как сейчас.
– Наташка, что ты несешь? Какой Сочи? У тебя сессия!!! Сдай сессию, а потом устраивай свою личную жизнь.
– К черту сессию! Любовь для меня важнее. С этой сессией я могу потерять любимого.
– Но тебя отчислят!
– Пусть отчисляют! Я выхожу замуж и буду жить в Сочи.
– А как же квартира? Я не могу платить за нее одна!
– Валя, все, я больше не могу разговаривать. Я уже сажусь в самолет. Если в институте спросят, где я, скажи, что я не прихожу по семейным обстоятельствам.
Закончив разговор, я передала трубку Егору и смахнула слезы.
– Ну, что ты постоянно ревешь? – недовольно спросил Егор.
– Потому, что мне страшно. Я не знаю, что будет завтра. Я так мечтала поступить в этот институт… Я шла на красный диплом. Теперь меня отчислят. Помимо учебы, меня ждут дети. Я работаю репетитором английского языка. Ни дети, ни родители не понимают, что случилось, почему отключен мой мобильный телефон. Я теряю все, что приобретала с таким трудом. Моя подруга не сможет платить одна за квартиру. Где ей теперь жить? Там остались мои вещи…
– Дорогуша, ты осталась жива. Совсем недавно ты молила меня, чтобы я подарил тебе жизнь, а теперь ноешь об учебе и шмотках. Я вот одного не пойму: если ты вся такая правильная, на красный диплом шла, училкой работала, то почему ты незнакомому мужику с первого раза дала? Может, ты еще и телом приторговываешь? Давай, признавайся.
– Ничем я не приторговываю. Все, что произошло, – это просто нелепая случайность.
– Вот видишь! Сидела бы за учебником, грызла бы гранит науки и не было бы в твоей жизни нелепых случайностей. – Егор взял меня за подбородок и посмотрел таким взглядом, что я была готова провалиться от страха под землю. – Я подарил тебе жизнь, а это значит, что отныне она принадлежит только мне. Ты должна делать все, что я тебе говорю, и никогда меня не злить. Когда я раздражаюсь, то тут же хватаюсь за пистолет. Запомни это. И еще: если ты когда-нибудь вздумаешь от меня сбежать, я достану тебя даже из-под земли и устрою такое, что даже смерть тебе покажется избавлением. Забудь о том, что было, и живи тем, что есть.
Глава 5
Перед тем, как ехать в аэропорт, Егор посадил меня напротив себя и достал пакетик с каким-то белым порошком. Я сразу почувствовала неладное и спросила:



Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.