read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


— Я хочу, чтобы ты запомнил все, что сегодня видел и еще увидишь.
Моуз проглотил слюну и кивнул:
— Да… старец.
Ему удалось взять себя в руки, лицо порозовело, а ритуальные шрамы на голове и шее налились кровью. Он поплотнее закутался в плащ, словно ему было холодно, и двинулся вслед за наставником.
Здесь, в коридоре, царила какая-то первозданная тишина. После непрерывного живого гула первой палаты она не успокаивала, а настораживала. Освещали проход старинные зеленые лампы морянской работы, горящие ровным холодным светом, без копоти и тепла. Стены здесь сходились под правильными углами, что было характерно для морянской архитектуры и совершенно чуждо островитянам. Весь коридор был облицован пласталью и уходил далеко вперед, сверкающий и прямой как стрела.
Откуда-то с потолка донесся электронный голос, и Моуз снова в испуге застыл на месте, втянув голову в плечи.
— Охранный код для спутника?
— Один-три, — ответил Твисп.
— Продолжайте движение.
Лишь пройдя еще какое-то расстояние, Моуз наконец отважился спросить:
— Что это за место?
— Сам увидишь.
— А что значит «охранный код»?
— Это дополнительная проверка, — объяснил Твисп. — На тот случай, если бы ты был врагом, а я — твоим пленником. Назови я другой код, эту часть коридора полностью перекрыли бы. Не знаю, удалось бы мне тогда спастись, но тебя-то уж точно убили бы.
И Твисп усмехнулся про себя , заметив, что молодой монах ускорил шаг, пытаясь держаться к нему поближе.
— Операторы находятся глубоко под нами. Они живут под морским дном.
— Это все построили моряне? — спросил Моуз.
Коридор резко свернул налево и закончился тупиком. Твисп прижал ладонь к преграждавшей путь блестящей стене, и панель скользнула в сторону, открыв небольшую комнатушку, в которой могло уместиться не больше полдюжины людей.
— Это все построили люди, — ответил старик. — А моряне они были или островитяне… какая, в конце концов, разница?
Панель скользнула на место, и Твисп произнес одно-единственное слово: «Операторы». И комнатка почти бесшумно поплыла вниз.
— Ой, старец… — Моуз ухватился за руку Твиспа и прижался к нему всем телом.
— Не бойся. Здесь нет никакой магии. Сегодня ты увидишь еще много разных чудес. Но все они — дело рук человеческих. Со временем все наши братья и сестры узнают о них. Ну как, я был прав? Щечки-то у тебя вон как разрумянились!
Моуз улыбнулся, но до конца спуска продолжал цепляться за надежную руку наставника.

Я, как и все мои соотечественники, боюсь будущего — полного загадок и новизны, но время неустанно подталкивает нас к нему навстречу.
Пьер Тейяр де Шарден, «Гимн вселенной».
Библиотека заваатан.
Доуб изо всех сил жал на педали своего трака, чтобы заставить его вползти на очередной холм по бегущей в безлюдной гористой местности проселочной дороге. Конечно, ехать по ней было то еще удовольствие, зато она была не такой узкой, как две другие, хоть и ровные. Правда, сегодня трак не так часто брыкался, как обычно. Наверное, боялся взбучки. В этом месяце Доуб и Грэй уже в третий раз отважились на подобное путешествие, и все ради того, чтобы узнать, не украли ли с причала лодочку Стеллы — старушку «Кашет».
— Да сядь ты этой твари на голову! — окончательно выйдя из себя, гаркнул Грэй.
Оба мужчины насквозь промокли под дождем. Мокрые, коротко стриженные волосы облепили их головы, словно толстый слой влажной краски.
— А может, мне нравятся такие упражнения! — заорал в ответ Доуб. — Мамуля говорит, что это развивает мускулатуру.
— Это о сексе так говорят, дурень!
Сегодня Доуб впервые услышал от напарника что-то похожее на шутку. Грэй зашел к нему с полчаса тому назад, когда закончил работу. Но вместо рубахи-парня, жившего по соседству, Доуб увидел угрюмого незнакомца с плотно сжатыми губами. Грэй работал в личной охране директора, и Доуб знал, что, когда он в таком настроении, лучше не задавать ему вопросов.
А сегодня, как назло, вопросы так и лезли из него. Огромные клубы дыма над городом явно означали, что сегодня там творится что-то невероятное.
— Это хорошо, что дождь, — как бы невзначай заметил Доуб. — Воздух чище станет. И для растений хорошо. Надеюсь, когда-нибудь и здесь, в горах, тоже что-нибудь начнетрасти.
— Заваатане это могут…
— Могут — что?
— Да вырастить тут чего-нибудь. У них огромные фермы в горах. Они такие же умные, как островитяне, только колдуют не на островах, а на земле.
Доуб недоверчиво посмотрел на соседа. Впрочем, он и сам слышал кое-какие слухи. Да и кто их не слышал…
— А ты меня не разыгрываешь? Они выращивают там, на верхотуре, всякую еду и директор им разрешает?
— Точно. У него не хватает сил, чтобы одновременно наводить порядок и внизу, и наверху.
— Но ведь там, наверху, один камень.
— Ты говоришь так потому, что все так говорят. А в первый раз ты об этом от кого услышал, вспомни-ка!
— Ну, в новостях. А вот тех, кто бывал наверху, я лично пока не встречал…
— Я там был, — буркнул Грэй.
Доуб остановился и уставился на соседа: сегодня что-то произошло. Что-то такое, отчего его лучший друг стал совсем другим человеком. До сих пор Доуб знал его как весельчака и заводилу. Грэй частенько заходил к нему вечерами выпить бормотухи и поболтать о всяких технических новинках. А иногда, когда Доуб себе мог позволить, они прихватывали жен и вчетвером спускались в город, чтобы весело провести вечерок в каком-нибудь кабачке. Да, сегодня Грэй был сам на себя не похож… Но… Но он сказал, что былнаверху !
— Ты? — ошарашенно переспросил Доуб. — Ну и… как оно там?
Он понимал, что задал очень опасный вопрос. И еще он понимал, что может поплатиться за свое любопытство.
— Там… Там очень красиво, — вздохнул сосед.
И стал рассказывать, стараясь перекричать рев трака.
— Там сотни садов. Поля с пшеницей, которая вызревает за один сезон. И каждый участок окружен цветами…
На лице Грэя появилось странное задумчивое выражение, и Доуб насторожился. Он уже не раз видел у друга в глазах тоску с тех пор, как тот устроился в охрану директора. До сих пор Грэй ничего не рассказывал о своей работе, а Доуб и не спрашивал. Меньше будешь знать — дольше проживешь.
Правда, когда Стелла начинала крыть директора на чем свет стоит, он не возражал. Она была его ровесницей — обоим по двадцать два. Но она выросла в актерской семье и потому из кожи лезла, стараясь показать, что уже совсем взрослая. Она додумалась развести гидропонный садик прямо в комнате и так расстаралась, что человеку повернуться было негде. А в подполе она растила грибы. Грэй, конечно же, знал об этом, но делал вид, что не знает. По другой линии в роду Стеллы были островитянские садовники, передававшие свои секреты из поколения в поколение. Ее семья владела патентами на семена, которые в результате направленных мутаций давали на Пандоре наилучший урожай, и около трех столетий хранила секрет гидропоники. Доуб считал, что, если бы он позволил, Стелла вырастила бы цветы на стенах.
А еще она с утра до вечера болтала как заведенная. Но Доуба это вполне устраивало: чем больше она говорила, тем меньше приходилось это делать ему.
Грэй махнул рукой, давая понять, что надо заглушить мотор. Трак злобно фыркнул и замер на верхушке холма, с которого открывался вид на долину.
— Надеюсь, я могу на тебя положиться, — сказал Грэй. — Нам есть о чем поговорить.
Доуб глубоко вздохнул и кивнул.
— Да, конечно, старина. Только я немного побаиваюсь, сам понимаешь.
Грэй мрачно усмехнулся.
— Понимаю, как не понять. — Он указал на раскинувшийся внизу лагерь беженцев. — Там, внизу, тысячи голодных. Любой из них не задумываясь убьет тебя за один плод из садика Стеллы. А люди Флэттери прикончат тебя, если узнают, что ты нелегально выращиваешь еду. А я могу убить тебя, если ты хоть кому-нибудь проболтаешься о том, что я тебе сейчас расскажу.
Доуб растерялся. По жесткому взгляду Грэя он понял, что тот не шутит. И все же ему страшно хотелось услышать то, что хочет рассказать друг.
— Даже Стелле?
Взгляд Грэя потеплел — Стелла ему всегда нравилась. Он относился к ней как дочери — своей-то у них с Билли не было.
— Там видно будет, — кивнул он. — А теперь слушай.
Грэй заговорил почти шепотом и все время, пока говорил, с опаской озирался по сторонам. Доуб наклонился к нему поближе, делая вид, что копается в пульте управления. Почему-то ему казалось, что за ними следят.
— Как ты знаешь, я уезжал на месяц. Меня послали наверх шпионить за заваатанами. Заслали меня с хорошей легендой, скрытой камерой и паролями, чтобы можно было выйтина связь и вернуться. Воздушная разведка доложила Флэттери о том, что наверху есть нелегальные фермы, как сельскохозяйственные, так и рыбоводческие, и он захотел узнать детали. То, что я там увидел… изменило всю мою жизнь.
Грэй поднял крышку контрольной панели и сунул под нее подпорку. Друзья выросли в поселении морян, и Доуб до сих пор не переставал удивляться, насколько прочно морянская методичность и аккуратность въелась в его соседа.
Грэй по-прежнему обшаривал взглядом дорогу — здесь, на диких территориях вне периметра, хватало врагов и помимо людей — и шептал:
— Это, считай, островитяне, только без островов. Их там, наверху, тысячи! Флэттери и понятия не имеет, что их так много. Они здорово умеют маскировать свои посадки. Те крошечные садики, что видели с воздуха шпики директора, специально оставили на виду. А вот под камуфляжной сеткой и под землей у них… Но это отдельная история. Они по-прежнему выращивают пузырчатку, только теперь не строят из нее, а заливают ею голые камни… Вот такие, как здесь. И сажают свои огороды. Поверь, им хватает и на еду, и на семена, совсем как в старые добрые времена.
А на плоскогорьях они заготавливают «переносные огороды». И делают это так: отливают из пузырчатки двадцатиметровый квадратный «коврик» толщиной всего в палец и проделывают в нем канавки. Потом туда засыпают семена — и готово: сворачивай, неси куда хочешь, расстилай хоть на камне, хоть на песке — урожай обеспечен. В эти «коврики» уже заранее закладываются все необходимые удобрения, вода и химическая защита от вредителей. Как думаешь, Стелле это понравилось бы?
— По твоим словам, там прямо рай небесный, — пробормотал Доуб. — Она до сих пор тоскует по жизни на острове, хоть ей и было только пять, когда мы переселились на сушу. Да и я по всему этому соскучился. Даже не столько по океану, сколько по свободе. Тогда мы боялись переселения, но нам и в голову не приходило опасаться друг друга.
Доуб вдруг испугался, что сказал слишком много, и прикусил язык: признаваться секьюрити в том, что ты его боишься, было равносильно признанию в каких-то грехах. По нынешним временам страх в глазах уже являлся достаточным поводом для ареста и последующего расследования.
— Да, — вздохнул Грэй. — Мы ведь с тобой действительно боимся друг друга. Разве не так? Даже мы с тобой. А вот те, там, наверху, — он кивнул на горные вершины, — они осторожны, но и только. Страха там нет.
— И о чем же ты доложил своему начальству? Неужели ты…
— Думаешь, я рассказал, как они там счастливы? Думаешь, я сумел предать нормальных людей, которых встретил впервые за двадцать лет? Нет. Нет, я наврал в своем отчете и даже заготовил фальшивые снимки. Только не думай, что я такой уж смельчак. Я знал, что Флэттери подозревает о существовании этих тайных поселений и ферм. И еще я знал, что именно Флэттери хочет увидеть. Больше всего ему хочется, чтобы они оказались хлипкими и маломощными, просто потому что у него силенок не хватает их прикрыть! Ты только посмотри вокруг, Доуб, — Грэй широким жестом обвел открывающуюся с холма панораму города и порта. — Для охраны и устрашения всего этого нужен его боесостав целиком. А тот уже изрядно потрепан. Сегодня в Калалоче были волнения. Говоря начистоту, вспыхнуло восстание. Это подавят, начнутся другие. А то, что сообщают в новостях, — лапша на уши всяких болванов, которую варят по указанию Флэттери крупные специалисты по ее профессиональному развешиванию. Его вранье дурит нас, а дураков легче держать в ежовых рукавицах.
Так что ему было необходимо убедиться в том, что наверху нет ничего серьезного. Вот я и показал ему пару чахлых грядок и хилых деревьев, высаженных у грязных хижин. Видел бы ты, как он обрадовался! Так что теперь, надеюсь, он туда не полезет. У него и здесь дел полно. Его основные военные силы сосредоточены у нас и на Виктории, кроме того, под его контролем все еще находится весь рыболовный флот и куча морских патрулей. Но мир гораздо больше, чем тот кусок планеты, что он прибрал к рукам. Намногобольше, Доуб и растет с каждым днем. Я думаю, что вам со Стеллой следует перебраться наверх.
— Что ты сказал? — Доуб резко выпрямился и стукнулся головой о крышку панели. — Ты что, с ума сошел? Ведь она же у меня… Короче, нам сейчас ни о чем таком и думать нельзя.
— Да я все знаю, Доуб. Стелла ждет ребенка. Она сама рассказала об этом Билли, а та не смогла удержаться и проболталась мне. Но ведь скоро она уже не сможет этого скрыть, а значит, вам понадобятся дополнительные продовольственные карточки. И тогда к вам придет комиссия, чтобы обследовать ваши социальные условия. Ты хочешь, чтобыони увидели ваши сады? Ты готов пойти на такой риск?
Доуб вздохнул и сплюнул на дорогу.
— Вот дерьмо!
— Ты послушай меня. — Грэй по-прежнему говорил вполголоса. — Выход есть. «Кашет» сможет идти под водой?
— Отчего нет. Конечно, ей не угнаться за последними моделями или, скажем, патрульным катером, но старушка бегает еще очень даже ничего.
Грэй оглянулся на фургон трака. Он был невелик — всего два метра в ширину и четыре в длину. Доуб зарабатывал себе на жизнь тем, что возил запчасти в различные автомастерские на побережье.
— А ты сумел бы вместе с прицепом проехать сотни три кликов по пересеченной местности?
Доуб с сомнением покачал головой:
— Не выйдет. Две сотни — это верх. Топлива не хватит. Будь у меня преобразователь… я бы всю планету мог объехать.
— Понял, — задумчиво кивнул Грэй. — Вот только море тебе по дороге не попадется. А преобразователь не работает на пресной воде. Впрочем, у меня есть старая канистра со сжатым водородом — его тебе хватит на всю дорогу.
— Ты это о чем? — Дрожащей рукой Доуб откинул со лба густую каштановую челку. — Ты что, думаешь, нам дадут доехать на этом траке прямиком до самой верхотуры? Как же! Уже на полдороге нас схватят за задницы.
— Вот поэтому ты будешь добираться туда иначе, — спокойно ответил Грэй. — У меня есть карта, и я составил для тебя план. Ты же не против самой идеи, а? А я сумею доставить вас со Стеллой к моим друзьям заваатанам. Ну, согласен?
Доуб поднял голову и вдруг заметил поднимающийся по дороге к ним навстречу отряд секьюрити. Вид у солдат был довольно зловещий.
— Вот дерьмо! — пробормотал Доуб.
Он опустил крышку панели, завел мотор и стал разворачивать машину в сторону дома.
— Нет! — крикнул Грэй. — Мы едем в город, чтобы установить стартер на «Кашет». Только за этим и едем! Ну-ка, помаши им по-приятельски!
И охранник первым приветственно помахал солдатом. Доуб с мрачным видом сделал то же самое. Командир отряда помахал в ответ, и секьюрити зашагали дальше по своим делам.
— Видел? — обрадовался Грэй. — И вот так везде. Главное — знать, что именно им нужно, что для них проще, и ты выпутаешься из любой ситуации. Ладно, о переезде наверхпоговорим на обратной дороге. Да не волнуйся ты так, все продумано до мелочей.
И впервые за весь разговор Грэй широко улыбнулся.
«Сады… — Доуб поймал себя на том, что тоже улыбается. — Стелле там точно понравится».

Воздержание от действия не дает свободы от него. Равно как одним самоотречением внутренней свободы не завоюешь.
Квитс Твисп, старец,
из «Бесед заваатан с Аваатой».
Твисп всегда считал, что «палаты» — отличное название для их подземного дома, где каждый член совета имел отдельный кабинет, несколько офисных помещений, а кроме того, персональную спальню. Общими были лишь залы для совещаний, но и их было несколько. Конечно, на взгляд морян, все это было сооружено топорно и впопыхах, а Флэттеривообще назвал бы город примитивным. Но строители сейчас были заняты в первую очередь разгребанием завалов, образовавшихся во время прошлогоднего землетрясения, названного в народе Великим разломом 82 года.
Комнаты Твиспа находились рядом с эскалатором. Он распахнул люк и жестом пригласил Моуза войти.
— А теперь посиди здесь. — Старик указал на низкий диван, сделанный из органики, как креслопес.
Моуз огляделся: если не считать черных блестящих стен из оплавленной до стекловидного состояния горной породы, в остальном это было типичное жилище островитянина. Вся комнатка — не больше четырех шагов в длину. Стены увешаны полками с сотнями рукописных книг. Текст был написан, точнее, выцарапан, на подобии бумаги, сделанном из слоевищ келпа. Твисп начал собирать свою библиотеку, еще когда был рыбаком и работать с видео— и голоаппаратурой попросту не имел возможности. На каждом острове была своя крошечная типография с ручным прессом, где записывали хронику и делали оттиски художественных произведений, которые хотелось оставить потомкам.
Твисп задраил люк и с улыбкой обернулся к своему ученику:
— Бери любые книги, что понравятся. Что в них проку, когда они просто стоят на полке.
Моуз опустил голову.
— Я… я никогда вам не говорил… — промямлил он. Грязные поломанные ногти впились в ладони. — Я не умею читать.
— Знаю, — кивнул Твисп. — Ты так хорошо научился скрывать это, что даже я не сразу все понял.
— И вы мне ничего не сказали?
— Я ждал, когда ты сам об этом заговоришь. Желающие поучить всегда найдутся. Вот только если человек сам не захочет учиться, толку от таких уроков не будет. Научиться читать очень легко. Вот писать — это уже посложнее.
— Учение никогда не давалось мне легко.
— Ничего. — Твисп ободряюще похлопал юношу по плечу. — Говорить же ты научился. Научиться читать не труднее. Мы с тобой ежедневно будем заниматься за кофе, и сам увидишь, что еще до конца месяца станешь читать. Но предлагаю начать с кофе. Его попьем прямо сейчас, а к занятиям приступим завтра. Не возражаешь?
Моуз просиял и с готовностью кивнул. Наверху, в монастыре, с тех пор как директор стал распоряжаться продовольствием, ему нечасто приходилось пить кофе. Но молодой монах не роптал, так как добровольно принял обет бедности — привыкать не приходилось, ведь он вырос в нищете. Здесь, у заваатан, нищета не была угрюмой и безрадостной — наоборот, ему очень нравилось в монастыре. Твисп занялся приготовлением кофе, не вставая из-за стола, — его длинные руки доставали до любой полки шкафчика с продуктами.
Кроме полок с книгами, дивана, столика и буфета в комнате еще как-то поместилась каменная ванна с нагревательным баком. Моуз откинулся на спинку старинного дивана, и тот сам принял наиболее удобное для сидящего положение. Да, с его матрасом в каменной нише просто не сравнить! На одной из полок стояло несколько голокубиков. Большинство из них хранило голографическое изображение рыжеволосого парня, стоящего в обнимку со смуглой хрупкой девушкой.
— У меня скоро совещание, — сказал Твисп с легким вздохом, и его мощные плечи поникли. Встряхнувшись, он засыпал ароматный порошок в кофеварку. — Я могу пригласить тебя с собой… По старинному обычаю мы начнем с обеда… Но лучше я накормлю тебя чем-нибудь здесь. Чувствуй себя как дома. Этот люк ведет к выходу наверх, а вот тот, — он кивком указал соседнюю стенку, — в палаты совета. Если пойдешь со мной, заранее подготовься к тому, что увидишь много необычного.
— В моей жизни каждый день случается что-то необычное.
Твисп расхохотался.
— Ну что ж, тогда думаю, тебе здесь понравится. Ты помнишь клятву, которую дал, принимая послушничество у заваатан?
— Да, старец, конечно, помню.
— Тогда повтори ее, пожалуйста.
Моуз откашлялся и сел прямо.
— Отрекаюсь отныне и вовек от любых видов и форм грабежа и покражи еды во всех ее видах, равно как от разрушения домов и мародерства. Я обещаю хозяевам домов не вторгаться в их жилища, когда никого нет дома, и не беспокоить самих хозяев просьбами при встрече, в чем даю клятву. Да не принесу я беды и разрушения, да не стану я угрозой ничьей жизни, ничьему здоровью! Я исповедую лишь добрые мысли, добрые слова и добрые дела.
— Отлично! — похвалил Твисп и подал юноше чашку горячего кофе. — Я позвал тебя сюда, потому что совет хочет выслушать твое мнение. Сегодня нам нужно принять оченьважное и тяжелое решение. До сих пор нам еще не приходилось брать на себя такой ответственности. И это решение может потребовать от заваатан (в том числе от нас с тобой) нарушения нашей клятвы. Особенно той ее части, где речь идет о человеческой жизни и здоровье. Я хочу, чтобы ты присутствовал на заседании совета, и именно от тебяможет зависеть, решим мы, что клятву стоит нарушить, или же нет.
Твисп, прихлебывая кофе, подошел к молодому монаху и заметил, что чашка в руке юноши дрожит.
— Ты сможешь высказать свое мнение по этому поводу, Моуз?
— Да, старец. Я это сделаю, — ответил Моуз. Его голос прозвучал твердо, а руки спокойно легли на колени. — Дать клятву… Это уже на всю жизнь. И я обещаю быть верным этой клятве, пока жив. И я сдержу свое обещание! — Моуз завершил речь коротким кивком и застыл, не поднимая глаз.
«До чего же он запуган, — с жалостью подумал Твисп. — В этом мире наконец-то начинают устанавливаться сносные условия для жизни, а люди боятся друг друга. Даже своих близких».
Внезапно раздавшийся стук в люк, ведущий в палату совета, заставил обоих вздрогнуть. Твисп открыл дверь и впустил рыжеволосую молодую женщину, одетую в широкую зеленую рясу клана келпа. На карманчике слева на груди было вышито ее имя: «Снейдж». Ее голубые глаза влажно блестели, а веки были совсем красными.
«Она только что плакала!»
— До заседания совета осталось пять минут, сэр, — шмыгнув носом, сообщила Снейдж и протянула Твиспу ноутбук. — Вот последние сводки, сэр. — И добавила дрожащим голосом: — Боюсь, проект «Богиня» закрылся. Мы уже несколько часов не имеем от них ни малейшего известия.
Ее губы дрогнули, и по щекам покатились крупные слезы. Твисп мысленно оценил состояние секретарши как депрессию.
— Но ведь Лапуш каждый час должен был выходить на связь с помощью своей камеры…
— Возможно, все дело в нарушении связи, — всхлипнула Снейдж. — Келпы не вмешиваются, но, похоже этот сектор глушат с берега. То связь просто идеальная, то сплошныепомехи. Может, дело в повышенной солнечной активности… Только это не похоже на солнечную активность! Помехи идут только по определенным каналам.
Снейдж вытянула из рукава носовой платок и высморкалась.
— Вы очень расстроены. — Твисп наклонился к ней. — Я могу вам чем-нибудь помочь?
— Да, сэр. Вы можете вернуть мне Рико. Я понимаю, что Криста Гэлли гораздо важнее… Намного важнее для нас, но я…
— Ваш монитор работает?
Она судорожно кивнула, утирая глаза рукавом.
— Тогда фиксируйте все сообщения, идущие из офиса Флэттери. И те, что поступают к нему, тоже. И еще, пожалуй, то, что идет с челнока. И немедленно передавайте все в зал совета. Мы вернем их… Рико и Озетта не так просто запугать.
Услышав последнюю фразу, Снейдж приободрилась, еще раз высморкалась и перестала плакать.
— Спасибо. — Она даже попыталась улыбнуться. — И, прошу, извините меня, пожалуйста… Я должна вернуться в офис. Еще раз спасибо.
Твисп вышел вслед за Снейдж, и вскоре они с Моузом уже находились в информационном центре — огромном зале, полном суетящихся людей. Моуз узнал несколько знакомых лиц — это были те беженцы, что приходили к заваатанам и навсегда исчезали в недрах первой палаты. Все они были одеты либо в такие же зеленые рясы, как рыжая Снейдж, либо в темно-коричнивые комбинезоны совсем недавно образованного клана землепашцев.
По мере того, как Твисп шел к своему месту, переступая через змеящиеся повсюду кабели, мимо информационных экранов и столов, заваленных кипами бумаг и переговорными устройствами, его походка становилась все более упругой, плечи распрямлялись и сам он, несмотря на свою седую бороду, молодел с каждым шагом. Этот центр был его любимым детищем, результатом напряженного двадцатипятилетнего труда. Именно здесь находились Операторы — коллективный мозг распространившихся по всей планете Теней.
«Флэттери считает, что мы базируемся на Виктории, — говорил Твисп членам совета, когда все только начиналось. — И я хочу, чтобы и весь остальной мир тоже так думал.Организация Теней не более чем иллюзия, но мы будем поддерживать ее всеми силами. В этой игре на кон поставлены вся планета и вопрос выживания человеческого рода. Мы должны набраться терпения».



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [ 17 ] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.