read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


– Пусть идёт, — безразлично ответил Иванов. Но перед этим пристально посмотрел на Мельничука.
Ваня послушно побежал за Быстровым. Тот подал сигнал Сергею, стоящему возле пленных, Сергей пнул одного из них в бок грязным ботинком и что-то коротко произнес. Пленный поднялся с трудом, так как руки были связаны за спиной. Сергей не стал снимать с его глаз повязку, а, схватив за волосы, повёл того мимо стоящего вертолёта. Там, метрах в двадцати, их уже поджидали Быстров с Мельничуком. Быстров что-то сказал, и пленный безропотно лег на землю, лицом вниз. Быстров неторопливо достал из кобуры пистолет, привинтил к стволу глушитель, достал в ствол патрон и, почти не целясь, выстрелил в голову лежащего. Экипажу был слышен только слабый хлопок, будто кто-то стукнул палкой по матрасу. Так стреляет пистолет с глушителем. Человек на земле даже не дёрнулся. Сергей пошёл за вторым. Второго обречённого он привёл так же, держа за волосы. Быстров приказал и ему лечь, и наёмник лег рядом с убитым. Быстров передал свой пистолет Мельничуку. Иван, видимо, боясь промазать, наклонился над жертвой и выстрелил в упор. Сергей уже вёл третьего. Тот упирался, видимо понимая, что его ждёт, что-то торопясь говорил на своём языке, видимо о чём-то просил. На вид этому парню Иванов не дал и тридцати, и он был похож на араба. Иванов подумал, что глупо умирать в таком возрасте, когда почти вся жизнь ещё впереди. Но наёмники сами выбрали для себя такую судьбу.
Поравнявшись с сидящим у вертолёта экипажем, пленный попытался встать на колени, но получил от Сергея удар носком ботинка в живот, от которого согнулся напополам и упал на спину. На помощь Сергею подоспел один из громил Быстрова, и они легко подняли верещавшую жертву за выкрученные назад руки и в таком положении понесли к месту казни. Ноги приговорённого почти не касались земли. Почему-то это запомнилось Иванову. Спецназовцы грубо бросили араба на землю, рядом с убитыми. Он что-то кричал, пытался сесть, повязка на глазах мешала ему сориентироваться, но пленный, видимо, искал главного и хотел ему что-то сказать. Громила одним движением ноги уложил араба лицом на землю и наступил ботинком на спину. Вырываясь, араб вращал головой, мешая Ване прицелиться. Но Мельничук выстрелил. В ту же секунду раздался нечеловеческий вопль раненной жертвы. Растерявшись, Мельничук не произвёл второго выстрела, но громила-спецназовец молниеносным движением воткнул нож в шею бьющегося под его сапогом человека. Вопль оборвался. Быстров забрал из рук застывшего в оцепенении Мельничука пистолет и ткнул Ивана кулаком в спину: «Иди отсюда».
– Твой дед во время войны, случайно, в карателях не служил? — спросил Ващенка Мельничука, когда тот белый, как смерть, доплелся до вертолёта. Иван, не поняв вопроса, пробормотал:
– Он дёргался… Я хотел в голову, а попал в лицо…
– Ладно, — оборвал его брезгливо Иванов, — сядь, успокойся.
Он испытывал отвращение к Мельничуку, но, видел, как тому плохо.
Четвертого спецназовцы прикончили без осложнений. Стрелял сам майор.
Когда взлетели, Иванов поинтересовался у сидевшего молча Быстрова:
– А что будет с трупами?
Тот показал пальцем вниз, на расположение воинской части:
– Это их проблема.
После того случая Мельничук несколько дней молчал. Иванов понимал, что стрелять в людей нелегко, даже когда не видишь их глаз и их предсмертных мучений. А тут такое. Любая война — это, прежде всего, убийство. Но впервые стрелять в человека непросто. Дальше мало кому это нравится. Но даже имеющий опыт Быстров, как заметил Александр, делал это без большого энтузиазма.
Но в тот день Иванову не было жалко убитых наёмников. А вот убитых собак было жаль.
Следующую посадку совершили в расположении одной из частей внутренних войск на границе с Ингушетией. Всё это время экипаж молчал. Снова заговорили только перед посадкой.
С Быстровым ушёл офицер, присоединившийся к ним ещё в первом пункте посадки. Спецназовцы стали заниматься пленными: они выводили их по одному из вертолёта, не развязывая глаз, а развязав только руки, разрешали тут же оправиться. Потом снова связывали и укладывали лицом вниз на землю под палящие лучи безжалостного солнца. За время полёта ни одному из пленных не предложили воды. Поэтому Иванов, подав Сергею фляжку, попросил напоить их.
Закончив процедуру с пленными, Сергей снова попросился в кабину. Они сидели вдвоём с Ивановым и молчали. У Сергея, видимо, кончились вопросы, а Иванову просто не хотелось с ним разговаривать. Спецназовец не выдержал первым:
– Не уважаешь?
Иванов не ответил.
– Приходится руки пачкать, — попробовал оправдаться Сергей. — Труднее всего стрелять в своих, в русских. А этих мусульманских фанатиков я бы всю жизнь давил своими руками. Ненавижу их. Это не люди. Они хуже зверей. Мы с ними ещё гуманно поступаем. А они нашим перед смертью языки, носы и уши вырезают, глаза выкалывают, животы вспарывают. Живым головы режут. Наших пацанов в плену кастрируют и педерастят. И самые жестокие — наёмники, такие вот, как эти. — Сергей показал в сторону лежащих на земле пленных. — Будь уверен, они тебе воды не предложат.
– Много наёмников у Дудаева? — спросил Иванов.
– По нашим данным, более пятидесяти процентов.
– Кто же им платит? И как они сюда попадают?
– Это мы и выясняем, — ответил Сергей. — Иногда такие матерые «гуси» попадаются — хоть в музей истории войн.
Иванов знал, что «серые гуси» — профессиональная кличка наёмников по всему миру. Ещё их называют «псами войны».
– Недавно, — продолжал рассказывать Сергей, — получили мы информацию о том, что наша пехота взяла живыми двух снайперш. Одна прибалтийка, а другая — русская. Редкая удача. Обычно их кончают на месте. Но там оказался наш представитель, он и отбил их. Мы сразу же на вертолёт — и в ту часть. Очень хотелось знать каналы вербовки. Прилетаем, а через них уже целую роту солдат пропустили. Избитые бабы, но ещё живые. Правда, прибалтийка уже концы отдавала, в основном без сознания была, а другая — русская оказалась покрепче. Девки-то совсем молодые, но каждая, говорят, по десятку наших ребят успела «уложить». Та, что в сознании, кроет всех матом, просит, чтобы её пристрелили. Откуда такая взялась, не говорит. Но увидела Быстрова и сникла. Слова больше от неё никто не слышал. Мы обеих загрузили в вертолёт и взлетели. В штабе нас ждали. А Быстров сидел чернее тучи. Тут подсел я к этой живучей и спрашиваю: «Много ли навоевала?». А эта стерва посмотрела на Быстрова и говорит: «Жалею, что мало пострелять удалось». После этих слов приказывает наш Витя открыть дверь и выкинуть обеих из летящего вертолёта. Ту, что была без сознания, выкинули первой. А русская вдруг нашего командира по имени назвала. Цепляется за нас и кричит: «Прости! Витя, прости! Дочь у меня!». О дочке что-то кричала до самых дверей. Тут я ей врезал под дых, она мешком и вывалилась. Сучка, о дочке вспомнила. А сколько русских матерей она осиротила? А наш командир потом несколько дней из запоя не выходил…
Сергей замолчал.
– Ты только Виктору не проговорись, что про это знаешь, — попросил Сергей.
Помолчав немного, добавил:
– Не любит он эту историю вспоминать.
– Саня, погляди-ка! — раздался с улицы голос Ващенки.
Быстров приближался в сопровождении очень симпатичной молодой женщины, одетой в джинсовый костюм и с фотокамерой на боку. Их никто не сопровождал. Завидев командира, спецназовцы стали загонять пленных в вертолёт.
– Запускай! — скомандовал Быстров, подходя к вертолёту.
Экипаж занял свои места, и винты закрутились. Взлетев, машина взял курс на Моздок.
Иванов выглянул в грузовую кабину через проём двери и посмотрел на сидящую рядом с Быстровым женщину.
– В твоём вкусе, — сообщил он Ващенке по переговорному устройству, кивнув головой в сторону пассажирки.
Тот только развёл руками:
– Красивая женщина — чужая женщина.
За время полёта Быстров ни разу не заглянул в пилотскую кабину. Поэтому Иванов задал вопрос уже на аэродроме:
– Кто эта милашка?
– Меньше будешь знать, крепче будешь спать, — грубо пошутил Быстров.
– Сам-то ты, нормально спишь? — поморщился Иванов.
– Ладно, — примирительно усмехнулся Быстров. — Журналистка из Франции. Проверим и отпустим.
– Ты и на французском можешь? — полушутя, поинтересовался Александр.
– Могу немного, — и Быстров выдал целый монолог на французском.
– Не перестаю тебе удивляться! — выразил Иванов своё восхищение.
– Ну всё. Наша машина идёт, — засуетился спецназовец. — Значит, договорились: завтра в десять часов мы должны оторвать колёса в воздух.
– О’кей! Фирма веников не вяжет, — охотно согласился вертолётчик.
К вертолету подъехал зелёный «ГАЗ-66» с металлической будкой и с решёткой на окошке. Спецназовцы стали переносить свой груз из вертолёта в автомобиль. После пленных, подсадив в будку женщину, они забрались туда сами и захлопнули дверь. Быстров, помахав экипажу рукой «пока», занял место в кабине, и машина уехала. А Иванов вдруг почувствовал страшную усталость.
– Мужики, — обратился он к экипажу, — я вздремну в вертолёте. Как появятся оружейники — разбудите. Блоки будем вместе вешать.
Он лёг на откидную лавку в грузовой кабине и, стараясь забыть всё произошедшее днём, стал думать о Наташе. И не заметил, как задремал.
Проснулся он, когда работы по подвеске блоков шли в самом разгаре.
– Почему не разбудили? — подключаясь к работе, поинтересовался Иванов у Ващенки.
– Тут дел-то на пять минут. Отдыхал бы.
– Я что, барышня? — проворчал Иванов. — Помоги, заботливый ты мой.
Иванов схватился за переднюю часть тяжёлого блока и почувствовал, как после тренировки со спецназовцем болят руки и ноги.
Когда после окончания работ экипаж шёл по бетонной дорожке от стоянки вертолётов, заныл Мельничук:
– Командир, надо выпить. Мне необходимо снять стресс.
Хотя Иванов и понимал причину его стресса, но разговаривать с ним ему не хотелось. Поэтому ответил коротко:
– Сегодня нельзя.
– Но у меня всё нутро трясётся. Надо нервы успокоить, — продолжал канючить Иван.
– Так тебе и надо!– встрял Ващенка. — Тоже мне, Малюта Скуратов на общественных началах выискался. Мюллер хренов…
– Командир, он обзывается, — чуть не плакал борттехник.
– Заткнитесь оба, — Иванова Мельничук стал раздражать, поэтому, обращаясь к нему, он разрешил:
– Сегодня не больше ста пятидесяти граммов. Мы с Андреем не пьём. Я обещал Быстрову, что завтра экипаж будет трезвым.
– Спасибо, командир, — обрадовался Мельничук. — Так, я в магазин?
– Иди, — разрешил Иванов.
– Командир, я к Марине хочу, — после того, как убежал борттехник, заныл Ващенка.
– Потерпишь. Завтра задание сложное. Ещё проспишь.
– Ну пожалуйста, — не отставал Ващенка. — Не просплю. Ну отпусти.
– Ладно, — согласился Иванов. — Пойдёшь, если будешь себя хорошо вести.
– А это как?
– Меня с собой возьмешь.
– Ну, это с превеликим удовольствием! — обрадовался Ващенка. — Девчонки о тебе спрашивают.
– Да, Иринка меня как-то приглашала… — начал почему-то оправдываться Иванов.
– Я всё понимаю, — перебил Ващенка, серьёзно посмотрев на него.
Ещё не пробило семнадцати часов, а Иванов с Ващенкой уже шли по городу.
– Такие «полёты» мне нравятся! — ворковал довольный «правак» в предчувствии хорошего вечера. — Куда курс держим?
– Пошли в госпиталь, — решил Иванов. — Девчонки должны быть ещё там.
Лётчики брели по светлым улицам Моздока, который жил прифронтовой жизнью. Но магазины, ресторанчики и киоски работали круглосуточно, днём и ночью торгуя спиртным. Иванов подумал, что с Наташей они ни разу не успели побывать в городе днём.
Ващенка первым вошёл на проходную госпиталя и попросил вызвать Ковалёва. Но ему ответили, что Ковалёв улетел в действующие части и будет только завтра.
– Наверное, Мишка сейчас в Грозном, — предположил Ващенка. — Что будем делать, командир?
– Ждать, — коротко ответил Иванов. Он знал только фамилию Наташи. Ващенка вообще не интересовался фамилиями женщин, с которыми спал.
Идти было некуда и, целый час слоняясь у ворот госпиталя, они занимались подсчётом въезжавших и выезжавших машин. Наконец, заметили знакомое лицо: из дверей проходной появилась Тамара. Она увидела их и подошла сама.
– Здравствуйте, девушка! — Ващенка был сама вежливость. — Как ваши дела? Как драгоценное здоровье? Настроение?
Тамара поздоровалась, ответив улыбкой на улыбку.
– Здравствуй, — Иванов смотрел ей в глаза. Она выдержала взгляд.
– Ты там Иринку с Маринкой не встречала? — поинтересовался Ващенка.
– Там они, — Тамара не сводила с Иванова глаз. — Могу позвать.
– Позови, если можно, — обрадовался Андрей.
Когда Тамара скрылась за воротами госпиталя, Ващенка поинтересовался:
– Командир, ты чего на неё так уставился?
– Да так. Просто, — пожал плечами Иванов.
– Между прочим, за то, что она принципиально ни с кем не связывается, мужская половина госпиталя называет её «Баязет». Держать в осаде долго придётся, — сообщил «правак». — Воспитание у неё такое. Мать русская, а отец грузин. Но мне она даже нравится: сама ни-ни, а по отношению к другим — без комплексов.
Ирина и Марина вышли вместе с Тамарой. Девушки тепло поприветствовали парней, а Ирина поцеловала Иванова в щеку:
– Здравствуй, Саша! Давно не виделись.
– И меня! — потребовал Ващенка от Марины.
– Мальчики, хорошо, что вы пришли! — пропела Марина, чмокнув Ващенку.
– Сейчас едем к нам, — объявила Ирина. — Что покупаем?
– С нас — закуска, — балагурил на радостях Ващенка, — а с вас вино и девочки.
– А водка? — спросила Марина.
– Девчата, мы сегодня если и пьём, то только вино. Завтра летаем по ответственному заданию, — ответил за себя и своего «правака» Иванов.
– А кроме вина, вы что-нибудь будете?
– А как же! — снова встрял Ващенка. — Вас!
– Успокоишься ты когда-нибудь?!– прикрикнула на него Марина, чувствительно шлёпнув по плечу. — Одно на уме.
– Не «одно», а «одна», — поправил Ващенка, прижимаясь к девушке. — А теперь пожалей.
– Руки, товарищ старший по званию!.. — отстранилась от него Марина.
– Ну, пошли уже, — напомнила Тамара. — И так любопытных — целый госпиталь.
По направлению к ближайшему магазину Ващенка с Мариной шли впереди, под ручку. За ними, шагах в пяти, гордо шествовал Иванов под руку с Ириной и Тамарой. Он понимал чувства встречных мужчин, с завистью глядевших в его сторону. Сегодня девушки надели «гражданку» и выглядели очаровательно.
Ващенка на ходу рассказывал Марине что-то весёлое, а та негромко смеялась.
– Ты бы трепался погромче, — обратился к нему Иванов. — Мы тоже хотим посмеяться.
– У нас — интим! — отрезал Ващенка. — Больше никого не хотим.
Вино в магазине с видом знатока выбирала Тамара. Она неторопливо осмотрела витрину, затем переговорила с продавцом-осетином, и тот подал ей бутылку. Тамара перевернула в руках несколько раз выбранное вино и посмотрела на свет.
– Возьмём это, — удовлетворённо сказала она, и Иванов расплатился за четыре бутылки.
Автобуса ждать не стали, решили прогуляться пешком. Шли в том же порядке: Ващенка с Мариной чуть впереди, за ними Иванов с Ириной и Тамарой. Ващенка нёс сумку с вином и закуской.
Навстречу им попался командир роты из батальона аэродромного обеспечения — капитан Павел Антонов, хороший знакомый многих лётчиков. Завидев товарищей в обществе трёх красивых девушек, Антонов попытался присоединиться к их компании и даже прошёл вместе с ними несколько кварталов, хотя до этого направлялся совсем в другую сторону. Но ему не повезло. По взглядам девушек Иванов понял, что подруги, похоже, против общества нового члена. Парень был хороший, и обижать Антонова отказом не хотелось. Поэтому Иванов, на всякий случай, негромко поинтересовался у Тамары, показав на Антонова взглядом:
– Возьмём с собой?
– Не нужно сегодня никого чужого, — тихо ответила она.
Иванов перевёл взгляд на Ирину. Та кивнула в подтверждение слов подруги.
– Паша, спасибо за то, что проводил. — Иванову пришлось взять на себя неприятную миссию. — Сегодня времени в обрез. Следующий раз обязательно пообщаемся.
Антонов всё понял.
– Ну, пока, — капитан пошёл, не оборачиваясь, в обратную сторону.
– Кстати, хороший парень, — прокомментировал Иванов.
– А нам он не показался, — ответила за всех Тамара.
Девушки вошли в дом и сразу прошли в свою комнату, а Иванов с Ващенкой стали разбирать на кухне принесённое в сумке. Но накрыть на стол они не успели, девушки позвали лётчиков в комнату и предложили поужинать на их широкой кровати. «По-восточному» — как метко подметила Марина.
На этот счёт у Иванова нашёлся анекдот, который он успел рассказать, пока девчата организовывали «восточный» ужин.
– После Нового года созваниваются две подруги, — Иванов постарался изобразить в лицах:
– Ах, Маринка, как ты встретила Новый год?
– Ах, Иринка, как всегда — в постели.
– И что, много было народу?..
Девчонки прыснули, а Ващенка, изображая саму невинность, произнёс:
– Вот так всегда: придёт командир и всё опошлит!
– Мальчики, рассаживайтесь, вы сегодня наши почётные гости, — пригласила Марина. — Мы сюда чужих не пускаем. Садитесь, а мы сейчас всё быстренько сделаем.
Усадив парней, Марина с Тамарой побежали на кухню, а Ирина продолжала сервировать колбасой и хлебом импровизированный стол на широкой кровати.
Тамара внесла большой раскрашенный поднос, на котором красовалась бутылка вина и лёгкая закуска из фруктов и шоколада. Следом за ней Марина внесла бокалы.
– Мальчики, двигайтесь в центр кровати, — приказала Тамара.
Чтобы взобраться с подносом на кровать, Тамара одной рукой, не стесняясь мужчин, подняла узкую, не прикрывающую колен юбку и оголила сильные стройные ноги.
– Вот это да! — присвистнул Ващенка.
Перехватив взгляд Иванова, Тамара плавно опустилась на колени рядом с ним, поставила поднос и лишь затем одёрнула юбку.
– Какая красота пропадает! — обречённо вздохнул Ващенка.
– А почему ты считаешь, что пропадает? — Тамара лукаво посмотрела на Андрея, потом, улыбнувшись, перевела взгляд на Иванова и неожиданно подмигнула ему. Иванов опешил. От Тамары он такого не ожидал. Чтобы как-то скрыть свою растерянность, он обратился к Ващенке:
– Андрюша, открой, пожалуйста, бутылку. И скажи что-нибудь.
– Как прикажете, — пропел довольный Ващенка. — Я сейчас чувствую себя, как в гареме. Поэтому просите, что хотите, — всё исполню!
– Девочки, а вы на этой большой кровати втроём спите? — спросил Иванов, стараясь не глядеть в ту сторону, где сидела Тамара.
– У них там три матраца сшиты, — сообщил за девушек Ващенка, мастерски вворачивая штопор в бутылку.
Иванов не поверил и отогнул край постели. Действительно: три матраца, один за одним, были аккуратно сшиты между собой по краям толстыми белыми нитками.
– Убедился? — Ващенка с усилием тянул пробку из бутылки.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [ 16 ] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.