read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


– Ирка, знаешь, почему ты часто меняешь мужчин?
– И почему?
– Потому, что они прощают тебе твои измены. А я тебе за это буду бить «фейс»!
– И чего же ты пристал к такой гулящей?
– Да вот, пристал…
– Уйди отсюда!
– Успокойся!
– Уйди!
– Не уйду.
– Тогда уйду я! — с этими словами Ирина выскочила на улицу. Её раскрасневшееся лицо сохраняло следы слёз. Увидев на крыльце подруг, она запричитала:
– Представляете, он меня ударил!..
В дверях появился Михаил:
– Врёт, не бил я её.
– Помогите мне, выгоните его, — попросила Ирина, глядя то на подруг, то на Иванова с Ващенкой. Но все лишь отводили глаза, понимая, что встревать в ссору между влюблёнными — глупо.
– Хорошо… — бросила Ирина и пошла к калитке. Ковалёв, не попрощавшись ни с кем, ринулся за ней. Какое-то время на улице ещё были слышны их удаляющиеся голоса.
– Пошли к Ковалёву мириться, — предположила Марина. — Ведь любят друг друга, а без представлений не могут.
– А я рада за них, — произнесла Тамара.
– Два сапога пара! — усмехнулась Марина, входя в дом.
На стол хозяйки накрыли быстро.
– Предлагаю выпить! — с этого возгласа Ващенки начался прощальный ужин в доме Анны Семёновны. — Вино у девчат, как всегда — самое лучшее!
– Я чуть-чуть, — подсказал Иванов наполняющему бокалы товарищу.
– За тебя, командир! — поднял Ващенка свой бокал. — И чтобы ты скорее оказался снова с нами!
– За твоё возвращение, — подняла бокал Тамара.
– Саша, ты там долго не задерживайся, а то мы соскучимся, — попросила Марина.
– Не понял! — сразу возник Ващенка. — Это кто тут соскучится?
– Ладно! — засмеялся Иванов. — Это мне ревновать надо. На тебя, Андрюха, таких девчат оставляю!
Все звонко чокнулись бокалами и выпили.
– Ты сегодня останешься? — с надеждой в голосе, тихо спросила Тамара.
– Нет, — тихо ответил Иванов.
Утром на вертолётной стоянке в ожидании вылета Андрей сказал Иванову:
– Марина мне нравится. Но понимаешь, страсти нет. А она ко мне очень тянется. Правда, ещё ни разу не сказала, что любит. Может и любит? Но вижу и понимаю, что нужен я ей. Поэтому, наверное, не брошу. Будь она такой, как Ирка, проблемы не было бы. Если бы бросил, то долго не жалел бы.
– Что, совесть мучает?
– И это тоже. Что я, свинья неблагодарная?
– Знаешь, Андрей, Наташа мне сказала там, когда мы ночевали в госпитале, что это мы — мужики накладываем на женщину клеймо «гулящей», «непорядочной» своим отношением к ней. Ведь это правда, что когда нам плохо, женщина согревает нас не только телом, но и теплом своей души. А многие из нас потом в эту душу — с грязными ногами. Так что все мы мужики — свиньи непорядочные получаемся.
– А для меня, Саня, «непорядочная» — это когда гуляет замужняя. А свободная женщина имеет право делать всё, что захочет. А вот если уж решила выйти замуж, то уж тут-то будь добра… Кстати, я уважаю умных, свободных и смелых. Таких, как Маринка. Но с ними нелегко.
– Я понял тебя, Андрей: Иринка — из тех, с кем легко, а Маринка — из тех, с кем труднее.
– Правильно. А Тамара из тех, с кем очень трудно.
– Интересная философия.
– Да. Она понимает, что ты её не любишь, но добивается тебя. Очень настойчиво и расчётливо. Как считаешь, добьётся?
– Навряд ли. По-моему, тут всё зависит от совместимости и притяжения людей. Любит — не любит? Вот с Наташей мы почувствовали друг-друга с первой встречи. Мне её сейчас очень не хватает. Кстати, она меня не любила. Тоже просчитывала как вариант.
– Откуда знаешь? — не поверил Андрей.
– Сестра после похорон дала последнее Наташино письмо прочитать. Всю ночь над ним прорыдал, как баба.
– Вот так новость! Мы все были уверены, что Наташка в тебя влюблена по уши.
– Женщины — актрисы, — с грустью повторил Иванов слышанную от Тамары фразу. — Своего умеют добиваться.
– Ну, можно считать, что нам с тобой повезло встретить в жизни умных женщин. Что не так часто происходит, — после короткой паузы философски заметил Ващенка.
– Повезло, — со вздохом согласился Иванов. — Ну пока, Андрюха. Движки уже запускают…
– До встречи, командир! — Ващенка крепко пожал протянутую руку. Друзья обнялись.

V. НА ЗЕМЛЕ
Прибыв на место, Иванов представился подполковнику Мирину. Мирин оказался крепкоскроенным, среднего роста, моложавым офицером примерно одних лет с Ивановым. Своей внешностью и какой-то мужицкой неторопливостью подполковник органично вписывался в полевые условия, в которых действовали его подчинённые. Принял Мирин Иванова как хозяин гостя в своей палатке. Беседовали долго. Оказалось, что Мирин закончил штурманское училище и даже успел полетать, пока не списали по здоровью. Вспоминая авиацию, подполковник предложил выпить, а там пошли разговоры за жизнь. Потом снова вернулись к делам служебным. Подполковник, насколько позволяла обстановка, объяснил задачи и тактику работы авианаводчиков.
– Работа авианаводчика тебе покажется интересной, майор, — пообещал Мирин в конце беседы. Район действий Иванов для себя выбрал сам.
На следующий день в составе группы авианаводки майор Иванов прибыл в мотострелковый полк. В тылу за позициями полка располагались артиллеристы. Группа авианаводки состояла из офицера-авианаводчика и солдата-связиста. Иванов при них имел полномочия одновременно и инспектора и стажёра.
В этот же день вышли на задание. Иванову понравилось наблюдать с земли за работой штурмовиков. Но больше всего он радовался появлению вертолётов. Всё-таки двенадцать лет он летал на этих машинах.
Для себя Иванов все задачи по авианаводке уяснил быстро, и особых сложностей они у него не вызывали. На другой день он уже сам руководил наведением авиации на наземные цели.
В самой авианаводке не было ничего сложного, главное — выбрать позицию. Но наши войска, загнав «дудаевцев» в горы, теперь оттуда хорошо простреливались, потому что позиции «федералов» лежали перед боевиками как на ладони. На стороне боевиков тоже были лес и горы. Это затрудняло авианаводку. А если добавить сюда плохую связь, неточные данные разведки, быструю смену оперативной и тактической обстановки, запаздывание решений штабов, постоянные радиоперехваты противником, то авианаводка становилась архитрудной задачей. Чувствовался недостаток в опытных специалистах — авианаводчиках.
Пробыв только день на позициях, Иванов сделал вывод, что нашим войскам нельзя в такой ситуации сидеть на месте — нужно входить в горы и бить противника там. Также необходимо скоординировать действия штабов всех видов войск. При налаженном взаимодействии хотя бы пехоты, артиллерии и авиации весь процесс уничтожения боевиков занял бы по времени не больше недели. А никому ненужное сидение наших войск возле гор оборачивалось бессмысленными потерями. По этому поводу мнения солдат и офицеров, смотрящих противнику в лицо, совпадали. Но, видимо, в Москве строились другие планы.
Через три дня в составе группы авианаводки Иванов с автоматом на броне боевой машины пехоты (БМП) выдвигался вместе с передовым батальоном полка на новые позиции. Колонна в пути остановилась. Ветер донёс запах горелой резины и мяса. Иванов рассмотрел впереди на обочине рядом с дорогой сгоревшую БМП и группу солдат в камуфляжах, которые стояли возле лежавшего на земле человека. Когда Иванов подошёл, то понял, что это женщина. Джинсы и безрукавка на ней показались Иванову знакомыми. Женщина лежала на спине, неестественно закинув одну руку. От лица осталось страшное кровавое месиво с вывернутыми наружу зубами. В трёх местах на груди след от автоматных пуль окрасил серо-голубую ткань в тёмно-красный цвет. По разбитой фотокамере, лежащей рядом с убитой, Иванов узнал свою недавнюю пассажирку, которую вёз на вертолёте из Чечни в Моздок вместе с группой разведчиков майора Быстрова. Тогда Быстров отрекомендовал её как французскую журналистку.
– Что произошло? — поинтересовался Иванов.
– Эта сука БМП командира разведроты подожгла из гранотомёта. Ротный сгорел вместе с экипажем, — ответил один из солдат, указав на дымящийся остов боевой машины у обочины. — Мы их в лесу догнали.
– Не она это, — прервал его другой. — Она с «духами» была, но не стреляла. Просто не успела уйти. А те остальные ушли. Гады!
– Много ты знаешь! Не стреляла! — стоял на своём первый. — Была с ними, значит, стреляла!
Иванов отошёл от убитой. «Обидно, — подумал Иванов. — Такая красивая женщина, могла принести в этот мир красоту, быть любимой, родить детей. Что ей нужно было на войне? Сенсация? Деньги? Не стоит жизнь того! Война — штука очень жестокая. Не щадит и женщин. Отнимает жизнь у будущих детей. И обезображивает красоту. А Быстров, видимо, в ней ошибся». Иванов решил пока никому не говорить о своих догадках.
Дальше до места добрались без приключений. В группу Иванова авианаводчиком был назначен капитан Козлов или просто Гена. Чуть старше Иванова, упрямым характером он соответствовал своей фамилии. В мирной жизни Козлов служил руководителем посадки на одном из аэродромов Московского военного округа. Дотошный во всём, несмотря на свои тридцать три года, Козлов, по его словам, лишь недавно женился и имел красивую беременную жену. В Чечню вызвался добровольцем и воевал уже две недели. Невысокого роста, но очень подвижный, Гена, казалось, успевал всегда и везде. Гордостью Гены была трёхкомнатная квартира его жены в центре города.
Радистом в группе оказался молодой парень, недавно отслуживший срочную и оставшийся на сверхсрочную службу. Звали его Игорь. Его жена с маленькой дочкой дожидалась дома в офицерском общежитии. Игорь с Геннадием прибыли из одной части. А Иванов познакомился с ними прямо перед выходом на задание. Парни Иванову понравились.
На первом совместном задании Иванов с Козловым сделали несколько наводок самолётов и вертолётов на позиции боевиков. Иванов, как и обещал своему звену, выходил в эфир позывным «Иван». Но его звено в эфире так и не появлялось. Завтра будет последний — седьмой день командировки Иванова. Значит, послезавтра, если всё пойдёт по плану, он увидит своих ребят! За шесть дней Иванов соскучился и по своему вертолёту, и по экипажу. По незаменимому Ващенке.
Время приближалось к обеду, когда после очередной наводки штурмовиков на позиции «сепаратистов» Иванов уловил в эфире знакомый позывной и голос Фархеева:
– «Иван», рады слышать тебя! Через пару минут будем над тобой.
– Здорово, мужики! — крикнул в эфир Иванов, ощутив накатывающуюся волну радости.
Действительно, через две минуты низко над позициями батальона, грохоча винтами, пронеслась камуфлированная «вертушка» со знакомыми номерами на борту. Иванов сразу узнал вертолёт Фархеева, и к горлу подкатил ком. Его место — место командира звена — было там, в небе! Пролетевший вертолёт как весточка от родных и близких людей, частичка настоящей жизни лётчика, частичка его, Иванова, настоящей судьбы! Сердце рвалось обратно в полк, в небо, оно хотело летать! Иванов, забыв про рацию, выскочил из окопа, сдёрнул с головы каску и закричал, изо всех сил размахивая ей:
– Ребята! Я здесь!
Вертолёт на виду у чеченцев сделал «горку» с крутым боевым разворотом и снова прошёл над позициями мотострелков.
Иванов кинулся обратно в окоп, вспомнив о радиостанции.
– Видел вас, мужики! Очень вам рад! — прокричал он в микрофон.
– Наблюдаем тебя, командир! — открытым текстом появился в эфире голос Ващенки. — От всех наших тебе большой привет! Ждём!
– Спасибо, ребята! — радостно ответил Иванов, чувствуя, что ему сделали самый дорогой в жизни подарок. — Передавайте всем привет от меня! Скоро буду! Как я по вас соскучился, черти пятнистые!
Вертолёт на высоте ста метров сделал ещё один заход на позиции батальона. Прямо над головой Иванова винтокрылая машина неожиданно резко заложила левый крен в девяносто градусов, затем также резко вышла из него и со снижением почти до самой земли ушла на северо-запад в сторону Грозного. «Ну я надеру задницу Фархееву за этот «цирк»!» — решил Иванов. Не каждый бывалый лётчик рискнёт выделывать на вертолёте «Ми-8» такие опасные крены. С земли такой пилотаж смотрится очень захватывающе, но по инструкции максимально допустимый крен на этом типе машин — сорок пять градусов. Более глубокий приводит к моментальной потере высоты и даже может привести к потере управляемости, если за штурвалом окажется менее опытный лётчик. Но вместе с чувством беспокойства за экипаж Иванов ощутил, как его переполняет чувство гордости за своих подчинённых. Редко какой командир мог похвалиться таким мастерством пилотажа своих лётчиков.
– Счастливого полёта, «циркачи»! — по-доброму напутствовал Иванов в эфир свой уходящий экипаж.
– Удачи, командир! — отозвался Фархеев.
– Ну твои и летают! — восхищённо произнёс Генка Козлов, слышавший весь радиообмен. — Такого я ещё не видел.
– Они у меня все — орлы! — переполняемый чувством гордости ответил Иванов.
После обеда по целям работали штурмовики. За позициями боевиков находилось село, которое авианаводчики со своего наблюдательного пункта (НП) не видели. А что там? Какие резервы подходят из села? Где стоят миномёты? Для ответа на эти вопросы нужно было менять НП. Посоветовавшись с Козловым, решили вместе обратиться к командиру батальона.
Артиллерия работала слабо. За весь день через позиции батальона в сторону сепаратистов пролетел десяток снарядов. Противник в ответ вяло вёл пулемётно-миномётный обстрел позиций федералов. Зато чеченский снайпер успел «уложить» прямо в окопах трёх солдат и одного прапорщика. Ещё двоих бойцов ранил. Работа вражеского снайпера создавала нервозную обстановку и мешала сосредоточиться на выполнении основной задачи. Иванову самому тоже часто казалось, что он находится на прицеле у невидимого противника. Это нервировало и раздражало.
Против вражеского снайпера ежедневно выходил на охоту снайпер из мотострелкового полка. Сидя на закрытой позиции в окопе, он через оптический прицел почти безотрывно осматривал склоны, камни, деревья, пытаясь «вычислить» вражеского коллегу, но — безрезультатно. Опытный чеченский снайпер стрелял, прикрываясь звуком разрывающихся снарядов и мин. Возможно, он часто менял замаскированные позиции.
В конце дня на командном пункте батальона командир мотострелкового полка ставил перед командирами подразделений задачи на следующий день:
– Наступления не будет. Но есть приказ на проведение утром массированного артобстрела. Будут работать гаубицы. Поэтому ночью необходимо, незаметно для противника, отвести основной личный состав с передовых позиций на вторую линию. Оставить в окопах передовое охранение и пулемётчиков. Артиллеристы постараются нанести противнику максимальное поражение. Но село пострадать не должно. Понимаю, что это трудно. Позиции «дудаевцев» рядом с селом. Основная часть боевиков ночует там по хатам. Поэтому за пятнадцать минут до начала артобстрела пулемётчики должны начать демонстративно-активную стрельбу по противнику. Вся батальонная техника должна запустить двигатели. Пусть чеченцы думают, что мы собираемся в атаку. Учитывая близость села, огневой налёт будет коротким. Далее вступят в дело вертолёты-штурмовики. Ваша задача, — обратился командир полка к Иванову, — чистая работа авиации. Ни одна ракета, ни один снаряд не должны упасть на село! Всем всё понятно?
– Мне задача понятна, товарищ полковник, — ответил Иванов на вопрос старшего по званию. — Только авианаводке надо поменять позицию — нам отсюда села не видать.
– Вы что-нибудь подходящее уже приглядели?
– Так точно.
– Покажи, — командир полка склонился над картой.
– Вот здесь слева, в стороне, — Иванов провёл тупым концом карандаша по карте, — между нашими и вражескими позициями находится высотка. С неё село должно просматриваться. Разрешите утром оборудовать на ней наш НП, товарищ полковник?
– И как вы на неё заберётесь? — озабоченно спросил командир мотострелков. — Высотка у чеченцев на виду. Если заметят вас — из гранатомёта достанут.
– А мы ночью, по темноте, — предложил Иванов. — А когда начнётся артобстрел, «духам» уже не до нас будет.
– От этой высоты до противника — четыреста метров, до нас — почти пятьсот. — Измерил расстояние на карте комбат. — Товарищ полковник, может, не стоит рисковать?
– Что думаешь, майор? — полковник посмотрел на Иванова.
– Нам вертолёты наводить. А если не поменяем позицию, останемся «слепыми», — сказал Иванов, глядя на командира полка.
– А своих снарядов не боитесь? — стоял на своём комбат.
Иванов посмотрел на командира батальона и ответил:
– Чтоб так мазать, очень постараться надо!
– Товарищи офицеры, все согласны с майором? Может, у кого-то есть свои соображения? — обратился командир полка ко всем присутствующим.
Все офицеры одобрили предлагаемый Ивановым план. Хотя посоветовали во время артналёта уйти с высотки. Комбат пообещал предупредить артиллеристов.
– Тогда слушай задачу, — командир полка обвёл взглядом офицеров, стоящих вокруг стола с полковой картой. — Выход группы Иванова ровно в три ноль-ноль. Командиру батальона выделить в охранение двух надёжных бойцов. Причём — одного снайпера. Позиция на горушке очень удобная для обстрела чеченских позиций. Да и вообще, снайпер им там не помешает. Иванов, — командир посмотрел на вертолётчика, — твоему радисту постоянно быть на связи. В случае непредвиденных обстоятельств, сразу же по радио даёшь нам информацию. Если напорешься на противника — дублируй красной ракетой. Миномётчики прикроют ваш отход. Двигайтесь осторожно. Маскируйтесь. Учитывайте, что луна почти полная.
– Спасибо, — поблагодарил Иванов. — Учтём, товарищ полковник.
– Вопросы?
– Всё ясно.
– Тогда иди, готовь группу. И отдыхайте. Подъём в два ноль-ноль. Выход в три.
– Есть!– козырнул Иванов и направился в расположение авианаводчиков.
Когда он доводил задачу до своей маленькой группы, на небе прорезались первые блёклые звёзды.
– Могли бы и сейчас выйти, — предложил Козлов, глядя в небо. — Взяли бы в обход. Кто бы нас троих засёк? Зато мы дорогу видели бы. А ночью тащиться по камням — ещё на засаду наткнёмся или на мину-растяжку — шуму наделаем.
– По темноте нам будет спокойнее, — возразил Иванов. — И в сопровождение нам выделяют двух опытных бойцов. Берём по полному боекомплекту. Надеюсь, что вы стрелять не разучились. Пойдём осторожно. Чтобы не напороться на мину — всем смотреть под ноги.
– Да, с сопровождением спокойнее, — сказал радист. — Только батальонную волну «духи» пеленгуют. Лучше работать на запасной.
– Значит, на запасной, — подвёл итог Иванов. — А теперь всем спать. Подъём в два часа.
Продумывая вновь и вновь каждую мелочь предстоящей операции, Иванов долго лежал с открытыми глазами. Не спалось. Осторожно, чтобы не разбудить товарищей, майор вышел из палатки. На чёрном небе висела яркая луна. «Фонариков не надо» — подумал Иванов. Ласковая летняя ночь располагала к размышлениям. В голову приходили лирические мысли.
– Эх, сейчас бы с девчонкой в стогу посидеть! — услышал Иванов возглас за спиной.
Он обернулся, у выхода из палатки стоял Козлов.
– Не спится? — спросил Иванов.
– Да, что-то мысли о прошлом одолевают, — признался Козлов.
– Ну, пойдём, прогуляемся.
– Давай.
Миновав пост с парой часовых, офицеры вышли из лагеря в темноту ночи.
– Саня, — обратился Козлов, когда они остановились и стали смотреть в сторону чёрных очертаний гор, куда через несколько часов им предстояло идти, — хочу тебя попросить: если меня убьют, съезди, пожалуйста, к моей жене. Она у меня беременная. Скоро родит. Врачи обещают сына… Скажи им, что я их очень люблю.
– Гена, перед боевым выходом такие мысли нужно гнать из головы. Не то призовёшь на свою голову несчастья.
– Не в голове это у меня. А вот тут, — Козлов стукнул себя кулаком по груди. — Ты в предчувствия веришь?
– Хандра это всё! — Иванов хотел казаться искренним, слова Козлова ему не нравились. — Завтра взойдёт солнце, и настроение станет другим.
– Не знаю. Только пока сейчас лежал, всю свою жизнь вдруг вспомнил. До мелочей. К чему бы это?
– Бывает. Хочется вспомнить.
– И у тебя бывает?
– И у меня.
– Саня, ты вот на войне давно. Хочу спросить: ты чего-нибудь боялся? — и, увидев по глазам, что Иванов ещё не совсем его понимает, уточнил: — Страшно тебе бывает?
– Ну конечно бывает. И очень страшно бывает, — признался Иванов. — Только соберёшь всю волю в кулак и решаешь: «Сделаю!». И делаешь всё как нужно. Может, потому и жив до сих пор.
– А может, потому, что везёт тебе, — задумчиво протянул Козлов. — А мне всю жизнь не везло. Хотя нет — с женой повезло. Красивая она у меня. И умная: кандидатскую диссертацию по медицине пишет. Она из семьи профессоров, а вот полюбила меня.
– А говоришь — не везёт. Везение — оно от человека зависит. Если какое дело с верой делаешь — повезёт. Если не веришь — не жди удачи. Верить надо в правоту своего дела.
– А судьба? Она есть?
– Я думаю, что есть. Только многое в ней зависит от того, что и как ты делаешь, какие люди вокруг тебя.
– Саня, а ты считаешь, что мы правы в этой войне?
– Война — всегда дело не правое. Но это на совести тех, кто развязывает войны. Не мы с тобой, Гена будем отвечать перед Богом за гибель тысяч людей. Но мы с тобой не должны терять человеческий облик, человеческие ценности. Человеком надо оставаться в любой ситуации. До конца.
– А как же бандиты? Они же — звери. Ты сам видел, что они делают с пленными!
– Потому и нет у них будущего. Не мы, так Создатель их покарает.
– Странно слышать это от тебя. Как будто ты в Бога веришь, — произнёс Козлов и поспешно добавил:
– Ты только не обижайся.
– Почему странно? — Иванов совсем не обиделся. — Верю.
– Ну, ты же стрелял. Убивал людей.
– Я никогда не стрелял в безоружных, в детей и женщин. Но мы с тобой — люди военные, и оба знаем, что такое приказ. Так что пока у нас на плечах погоны, будем исполнять то, что нам Родина прикажет. А Бог, он потом всех рассудит.
– Да, — вздохнул Козлов. — Вроде всё правильно. А жизнь после смерти есть?
– Думаю, что-то там есть. Не зря же наши предки придумали рай и ад. Но, наверное, там всё иначе.
– Я тоже верю, что душа после смерти продолжает своё существование. И если ты мало грешил и каялся, то быть твоей душе в раю, а грешной душе в аду. А ты как думаешь?..
– Пошли спать, — предложил Иванов. — Недолго нам до подъёма осталось.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [ 26 ] 27 28 29 30 31 32
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.