read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Все это так, все это интересно, но обратим внимание на мелочь: в июле 1942 года Жукова не было в Сталинграде и быть не могло. Он находился совсем на другом направлении, весьма далеко от Сталинграда. У каждого, кто интересуется войной, есть возможность восстановить хронологию работы Жукова на фронте день за днем, с первого до последнего дня войны. Иногда — с точностью до часов и минут. С 11 октября 1941 до 26 августа 1942 года Жуков командовал войсками Западного фронта, который воевал совсем на другомнаправлении в тысяче километров от Сталинграда. До 26 августа 1942 года делами Сталинграда Жуков заниматься не мог и не имел права.
Под Сталинградом случилось вот что. Весной 1942 года советский Юго-Западный фронт рухнул. Виновники катастрофы — Тимошенко, Хрущев и Баграмян. Но главный виновник —Жуков. Из-за его вранья, из-за его победных докладов о грандиозных победах на главном направлении войны, Сталин растратил стратегические резервы и в критический момент не имел возможности закрыть образовавшуюся брешь. В прорыв устремились германские войска. В тылах Красной Армии вспыхнуло народное восстание. Против коммунистов поднялось население Дона, Кубани, Северного Кавказа, Калмыкских степей. Красная Армия попала в положение оккупанта на своей собственной земле, под ее ногами горела земля. Восставшие вешали чекистов, коммунистов и комиссаров, дробили им головы, топили в реках и болотах. Советские полки и дивизии рассыпались, войска разбредались. Тем временем поток германских войск разделился надвое. Одно направление удара — на Грозный и Баку. Намерение — выйти к источникам нефти. Второе направление —на Сталинград. Намерение — обезопасить рвущиеся на Кавказ войска от возможного удара во фланг и перерезать Волгу — нефтяную аорту Советского Союза. Критическая обстановка под Сталинградом сложилась в июле 1942 года. Выход германских войск к Волге в тот момент неизбежно приводил к крушению всего южного крыла советско-германского фронта с катастрофическими последствиями для экономики страны.
По личному приказу Сталина был создан новый Сталинградский фронт, в состав которого вошли четыре общевойсковых и одна воздушная армии из состава рухнувшего Юго-Западного фронта. Кроме того, из своего стратегического резерва Сталин выдвинул в район Сталинграда 62, 63 и 64-ю армии. 28 июля Сталин единолично подписал драконовский приказ № 227 «Ни шагу назад!» Сталин взял лично на себя всю полноту ответственности за положение под Сталинградом и за любые меры, которые могли остановить бегство советских войск. 30 июля по приказу Сталина в состав Сталинградского фронта была включена 51-я армия. 9 августа Сталин бросил под Сталинград 1-ю гвардейскую армию. Во главе этой армии Сталин поставил бывшего начальника ГРУ, своего будущего заместителя генерал-лейтенанта Ф. И. Голикова. 1-я гвардейская армия была укомплектована лучшим человеческим материалом. На ее формирование были обращены пять воздушно-десантных корпусов, которые превратили в гвардейские стрелковые дивизии. В середине августа Сталин выдвинул в район Сталинграда 24 и 66-ю армии. Под Сталинград непрерывным потоком шли войска. Сюда были брошены десятки штрафных батальонов и рот. Под Сталинград Сталин бросил девятнадцать военных училищ, в их числе Житомирское, Виницкое, Грозненское, 1-е и 2-е Орджоникидзевские пехотные, Краснодарское пулеметно-минометное, Челябинское, Сталинградское, Омское, Казанское танковые. А в каждом из этих училищ было «от 3,5 до 5 тысяч лучших красноармейцев и сержантов в возрасте 18-22 лет, отобранных с передовых позиций, имеющих опыт участия в боях». (А. М. Самсонов «Знать и помнить.» Москва ИПЛ. 1989. Стр. 136) На строительство оборонительных сооружений под Сталинград Сталин бросил 5, 7, 8 и 10-ю саперные армии. Я знаю, что такое саперная рота и саперный батальон. Я видел своими глазами саперный полк в полном составе и во всейего красе. Саперную бригаду в полном составе мне видеть не выпало, но могу ее ясно представить. А вот представить себе саперную дивизию я не могу. Не выходит. Слишком много саперов получается. Тем более не могу представить себе корпус, который состоит из одних только саперов. А у Сталина речь не о саперных бригадах, дивизиях и корпусах. У Сталина в резерве были целые саперные армии. Советский Союз — единственная в мире страна, которая имела саперные армии. Сталин бросил на строительство оборонительных рубежей под Сталинград сразу четыре таких армии. Кроме этих саперных армий на создание стратегического оборонительного пояса Сталин из своего личногорезерва двинул под Сталинград несколько управлений оборонительного строительства РВГК. Что они собой представляли, можно судить по одному примеру. Только личный состав 24-го управления оборонительного строительства из личного резерва Сталина вырыл в районе Сталинграда 1448 километров окопов и траншей, 57 километров противотанковых рвов, построил 51 километр эскарпов, 8 километров надолб и 24400 огневых точек. Огневые точки создавались не только деревоземляные, но железобетонные и стальные.Только личный состав 24-го управления оборонительного строительства РВГК смонтировал 1112 тонн металлоконструкций и 2317 кубометров железобетонных сооружений. («Красная Звезда» 10 января 1985) К работе 24-го управления оборонительного строительства РВГК добавим работу других управлений оборонительного строительства и работу четырех саперных армий. Представляя размах оборонительных работ в этом районе, нам остается удивляться упорству Гитлера и его генералов, которые бросали свои дивизии в самоубийственные атаки на такую оборону.
Кроме той артиллерии, которая была в составе десяти общевойсковых и одной гвардейской армии, Сталин из своего личного резерва выдвинул под Сталинград 129 артиллерийских полков РВГК и 115 отдельных дивизионов реактивной артиллерии. Можно бесконечно перечислять истребительные, штурмовые и бомбардировочные авиационные полки, дивизии и корпуса, резервные авиационные группы, танковые и механизированные бригады и корпуса, минометные дивизионы и полки, подразделения и части связи, ремонтные, медицинские и прочие формирования, которые Сталин бросил в сражение на Волге. В июле и августе 1942 года все эти полки, бригады, дивизии, корпуса и армии или уже находилось в районе Сталинграда, или в район Сталинграда перебрасывалось, или, готовились к переброске. Я не говорю о 2-й гвардейской и 5-й танковой армиях, о четырех танковых и двух механизированных корпусах, которые летом 1942 года в глубоком тылу формировались и готовились к зимним сражениям. В любом случае мы не можем уйти от признания: войск под Сталинград было брошено много. Все это было сделано во время, когда Жуков находился на другом, а именно, на Западном фронте. В июле и августе 1942 года безЖукова было сделано главное — драконовскими мерами паника в войсках была подавлена, бегущие войска остановлены, в районе стратегического прорыва германских войск создан новый советский фронт, возведена непреодолимая оборона, подтянуты свежие дивизии, корпуса и армии. Летом 1942 года действия противника из стремительного неудержимого движения были превращены в крайне невыгодные для него затяжные бои за каждый рубеж, каждую траншею и каждую огневую точку. А впереди — зима. В любом случае летом 1942 году в районе Сталинграда были созданы условия, которые неизбежно вели германскую армию к катастрофе. Сил под Сталинградом было собрано столько, что полководческой гениальности не требовалось.
3.
И вот мы открываем книгу Жукова и читаем о том, как летом 1942 года враг рвался к Сталинграду, как Красная Армия героически сражалась с врагом, как она остановила вражеское наступление. Жуков живо вспоминает и красочно рассказывает о событиях, к которым он не имел никакого отношения. Если нас интересует обстановка в июле 1942 года под Сталинградом, мы найдем достаточно источников. Книга «Воспоминания и размышления» написана от имени Жукова, поэтому было бы правильно рассказать не про Сталинградский фронт, на котором Жукова не было, а про Западный фронт, которым Жуков в тот момент командовал. Но все, что происходило весной и летом 1942 года на Западном фронте, в мемуарах изложено в одном абзаце. Авторов жуковских мемуаров понесло на стратегические высоты: «37-я и 12-я армии Северо-Кавказского фронта получили задачу…» Зачем нам рассказывают про Кавказ, если там не было Жукова? А они не унимаются: «По зову ЦК партии Грузии, Азербайджана и Армении формировались вооруженные отряды…»
В мемуарах Жукова подробно описана катастрофа 1942 года в районе Харькова. И названы виновники. Но Жукова и там не было. Жуков за это направление не отвечал. Описана катастрофа Крымского фронта. И опять названы виновники. Но и в Крыму Жуков не воевал, Крым — не его забота. В мемуарах Жукова описаны поражения советских войск под Воронежем, авторы вспомнили падение Севастополя и неудачную попытку войск Северо-Западного фронта ликвидировать немецкую группировку в районе Демянска. Во всех этих событиях Жуков участия не принимал. Зачем все это вписано в мемуары?
Затем, что авторы воспоминаний Жукова одним выстрелом убили сразу трех зайчиков.
Во-первых, продемонстрировали стратегическую широту жуковского кругозора.
Во-вторых, показали суровую горькую правду: вот смотрите на поражения… соседей Жукова, смотрите на просчеты глупого Сталина и командующих всех фронтов, где нет Жукова.
В-третьих, заполнили посторонними описаниями главу про 1942 год так, чтобы не осталось места на рассказ о самом Жукове и его деяниях.
Между тем 1942 год для Западного фронта, которым командовал Жуков, был годом жестоких поражений и огромных потерь. На Западном фронте Жуков проводил непрерывные бестолковые наступательные операции, каждая из которых завершалась провалом. Самая кровавая из них: Ржевско-Сычевская — 30 июля — 23 августа.
Интересно, что «Советская военная энциклопедия» (Том 7, стр. 119-120) четко определяет сроки проведения этой операции, перечисляет армии и корпуса, которые привлекались для ее проведения, помещает карту. Если энциклопедия описывает операцию, значит она того заслуживает. А Жуков, который эту операцию проводил, не сообщает ни сроковпроведения операции, ни сил, которые привлекались, и карту не помещает. Вместо этого из мемуаров Жукова мы узнаем:
о коварной политике США и Великобритании;
о планах Сталина на 1942 год;
о замыслах Гитлера на 1942 год;
о партийно-политической работе в Красной Армии;
о подвигах рядовых солдат и сержантов;
о сопротивлении советского народа в тылу врага;
о героическом труде рабочих и крестьян;
о руководящей и направляющей роли Коммунистической партии и ее мудрого Центрального комитета;
об операциях на всех фронтах, кроме Западного.
В мемуарах Жукова нет карты Ржевско-Сычевской операции, которую Жуков проводил, зато есть другая карта: вот как немцы рвались к Сталинграду, в котором Жукова в то время не было, за оборону которого Жуков в тот момент не отвечал.
А нас интересует не Сталинград, а Жуков и Ржевско-Сычевская операция, о которой он скромно умалчивает. Для проведения этой операции Жуков сосредоточил 20-ю и 31-ю армии, 1-ю воздушную армию, 6-й и 8-й танковые корпуса, 2-й гвардейский кавалерийский корпус. Сколько в этих армиях и корпусах было людей, танков, орудий, самолетов, ни Жуков, ни «Советская военная энциклопедия» не сообщают. Но мы и сами видим — силы немалые. В мемуарах Жукова сказано, что немцы понесли у Сычевки «большие потери». О наших потерях источники молчат. Видимо, обошлось без потерь.
Чтобы помочь Жукову, в направлении той же Сычевки наносили удар войска левого крыла Калининского фронта: 29-я и 30-я армии при поддержке 3-й воздушной армии.
Четыре общевойсковых армии, кавалерийский корпус, два отдельных танковых корпуса при поддержке двух воздушных армий… для штурма Сычевки!?
Не много ли?
Да нет же. Жукову этого оказалось мало.
Взял ли гениальный Жуков такими силами ту самую Сычевку? Увы.
А в чем причина провала? Кто виноват? Причина — мало сил на Сычевку бросили. Всего у Жукова на Западном фронте в тот момент было только десять армий. Ему не хватило еще «одной-двух армий». Виноват, понятно, Сталин — не дал этих армий Жукову. «Если бы в нашем распоряжении были одна-две армии, можно было бы… К сожалению, эта реальная возможность была упущена Верховным Главнокомандованием». («Воспоминания и размышления» Стр. 395)
А ведь этот штурм Сычевки не первый. Начиная с января и по август 1942 года пять армий Конева и десять армий Жукова рвались на Ржев и Сычевку. Напомню еще раз: Жуков был не только командующим Западного фронта, но и главнокомандующим Западного направления, в составе которого был Западный фронт (Жуков) и Калининский фронт (Конев). Иными словами, пять армий Конева тоже подчинялись Жукову. Перед очередной Ржевско-Сычевской операцией Ставка ВГК 5 августа 1942 года еще раз подтвердила полномочия Жукова: он руководил не только операциями своего Западного фронта, но и соседнего Калининского. (ВИЖ 1991, № 10. Стр.24)
В районе Ржева и Сычевки уже пластами лежали трупы советских солдат, убитых в предыдущих штурмах. Там уже громоздились целые кладбища сгоревших советских танков. Многомесячную тупую мясорубку под Ржевом и Сычевкой под руководством гениального Жукова помнили все фронтовики. Одно из самых пронзительных стихотворений о войненаписал Александр Твардовский. И вовсе не зря оно называется «Я убит подо Ржевом». Вспомним:Фронт горел, не стихая,Как на теле рубец.Я убит, и не знаю:Наш ли Ржев наконец?
Штурм. Штурм. Штурм. В лоб. По той же схеме, что и вчера. По той же программе. По пять атак в день. По семь. По десять. На те же высотки. Месяц за месяцем. С января по август. Вперед! С нами Жуков!
4.
Наши официальные историки изобрели особый язык и целую серию спецприемов, которыми они скрывают провалы в войне, прежде всего — провалы Жукова. Однако существует вполне надежные индикаторы вранья. Вот один из них. Допустим, вы встретили описание наступательной операции, но кодовое наименование этой операции не сообщается. Знайте: перед вами ложь.
Дело тут вот в чем. Оборонительные операции в своем большинстве не имеют кодовых названий. Враг стремится делать то, чего мы не ждем, к чему мы не готовы, что нашими планами не предусмотрено. Враг старается наносить удары там, где мы планировали оборонительные действия гораздо меньшего размаха или не планировали их вообще. Поэтому во многих случаях оборонительная операция — это импровизация. Кроме того, в оборонительной операции не надо скрывать наши намерения. Если мы обороняем Сталинград, следовательно, намерены его удерживать.
А наступательную операцию готовим мы сами. Мы должны скрыть от противника время, место, цель, замысел, состав сил и многое другое. Поэтому подготовка наступательной операции начинается с присвоения ей кодового названия. Делается это для сохранения тайны. Идет в Генеральном штабе разговор про «Малый Сатурн», если вы посвящены в тайну, вам понятно, о чем речь. Если вам тайна не доверена, то ничего вы не поймете. «Уран», «Анадырь», «С.3-20», «Гроза», «Багратион». Что это? О чем генералы говорят? Если знаешь, все просто. Не знаешь — тупик. Даже шифровальщик, допущенный ко многим великим тайнам, не имеет представления, в чем суть передаваемого сообщения. Пишет он: «Искра», но не знает, что за этим названием скрывается.
Прошло полвека после войны, и вот в очень толстой энциклопедии мы встречаем описания наступательных операций со странными названиями: Ржевско-Сычевская, Ржевско-Вяземская, Сычевско-Вяземская. Кодовые названия этих операций не сообщаются. А мы сообразим: мог ли Жуков в штабе Западного фронта планировать операцию и называть ее Ржевско-Сычевской или Сычевско-Вяземской? Нет, не мог. Если он так операцию называл, то уже самим названием операции выдавал всем штабным машинисткам и телефонисткам, всем чертежникам, писарям и охранникам свои намерения и свой замысел. Если Жуков не полный идиот, значит, при подготовке этих операций он использовал кодовые названия. Почему же нам через полвека их не сообщают?
Потому, что эти операции до сих пор, через 50 и 60 лет, все еще засекречены. Причина секретности вот какая. Планировался, допустим, разгром германской группы армий «Центр» с прорывом глубиной 600 километров и выходом советских войск к побережью Балтийского моря. Но группу германских армий не разгромили, оборону не прорвали, продвинулись не на 600 километров, а на 23. Планировали дойти до Витебска, Минска и Риги, но дошли только до Сычевки, и взять ее не смогли.
Чем конфуз прикрыть? Государственной тайной. Наши военно-исторические олигархи в таком случае засекречивают всю операцию. В разряд государственных тайн уходят кодовое наименование, цели, задачи и замысел операции, состав привлекаемых сил и средств, главное — потери. Вместо всего этого пишут наши академики в энциклопедию: да,были в этом районе бои, но ничего серьезного тут не планировалось, не намечалось и не замышлялось. Просто хотели захватить Ржев, который в 6 километрах от переднего края, и Сычевку, которая аж 50 километрах. Правда, ни Ржева, ни Сычевки не взяли ни с первого раза, ни с третьего, ни с тринадцатого, ни с сорок первого.
Подумаем и вот над чем: мог ли Сталин ставить Жукову боевую задачу захватить какую-то Сычевку? Не слишком ли мелко для Сталина? А для Жукова? А для Западного фронта, которому содействует Калининский фронт?
23августа 1942 года захлебнулось очередное наступление на Сычевку, а 26 августа Сталин назначил Жукова своим заместителем.
Отметим: не после великих побед командующий Западным фронтом Жуков пошел на повышение и стал заместителем Верховного Главнокомандующего, а после восьми месяцев кровавой беспросветной мясорубки. Не за блистательные победы Сталин поднимает Жукова, не за гениальные мысли. Жуков Сталину за другие качества понравился: много месяцев гонит сотни тысяч людей в смерть и даже лицом не дрогнул!
Сталину нужно было иметь помощниками двух людей с совершенно разными данными. Это как у командира полка: начальник штаба — мыслитель, а заместитель командира полка — погоняло. Командир полка отвечает за все. Начальник штаба — рядом. Он — генератор идей. Он — Управляющий Механизм. А там, где решается в данный момент самая важная задача, туда командир посылает своего заместителя, орать и материться.
На всех остальных уровнях — та же система: у любого начальника всегда должен быть один помощник, так сказать, по мыслительной части, а другой — по части пробивной. Вот и на самом верху Сталин устроил также. При Сталине — мыслитель Василевский. Он составляет планы. Но нужен еще и тот, чья работа — гнать людей в смерть. И это работа для Жукова. Жуков — это старший, куда пошлют. Это заместитель по расстрельной линии, помощник Верховного главнокомандующего по мордобойной части.
5.
Впервые Жуков прибыл в Сталинград 31 августа 1942 года. Он пытался нанести контрудары по прорвавшимся германским войскам. Из этой затеи ничего не вышло. Контрудары завершились провалом. Кстати, намек на провал содержится и в мемуарах Жукова. Он побывал в Сталинграде, что-то там делал почти две недели, вернулся в Москву 12 сентября. И тут в кабинете Сталина происходит та самая сцена, которую Жуков неоднократно со смаком описывал: он шептался с Василевским о том, что надо искать какое-то другое решение. Сталин услыхал и заинтересовался: а какое решение?
Эти слова Жуков сказал после того, как побывал под Сталинградом и пытался там наносить контрудары. Жуков предлагает искать другое решение ибо, из того решения, которое Жуков уже пытался претворять в жизнь под Сталинградом в первые дни сентября, никакого толка не вышло. Действия Жукова оказались бесплодными и бесполезными.
Было еще несколько поездок Жукова под Сталинград в период оборонительного сражения. Но не один Жуков там появлялся. В Сталинграде бывал среди прочих член Политбюро Георгий Маленков. Не объявляем же мы за это Маленкова стратегом и спасителем. И конную статую Маленкову не лепим. И к лику святых не причисляем.
Последний раз Жуков отбыл из района Сталинграда 16 ноября 1942 года. А контрнаступление советских войск началось 19 ноября. Без Жукова. Жукова Сталин снова бросил на Западное направление. Снова — против Сычевки!
В день, когда началась Сталинградская стратегическая наступательная операция, Жуков находился ровно в одной тысяче километров от Сталинграда и занимался совсем другим делом.
Глава 16
И СНОВА НА СЫЧЕВКУ!
Прибывая в войска на фронте, мне сразу удавалось охватить обстановку, взять в свои руки нити управления и повернуть события в нужном направлении.
«Красная Звезда» 18 февраля 1998.Маршал Советского Союза Г. К. Жуков
1.
Сталинградское контрнаступление замышлялось как операция второстепенная. Об этом любой желающий может найти достаточно свидетельств в мемуарах участников этой операции. Маршалы Советского Союза А. М. Василевский, К. К. Рокоссовский, А. И. Еременко, главный маршал артиллерии Н. Н. Воронов и другие сообщают, что, завершив окружение германских войск под Сталинградом, советские командиры с удивлением обнаружили: германских дивизий в котле оказалось в три раза больше, чем предполагалось. Советское командование намеревалось окружить в районе Сталинграда 7-8 германских дивизий, а их оказалось 22. Иначе говоря, операция под Сталинградом замышлялась не столь грандиозная, какой она получилась на самом деле. Результат под Сталинградом ожидался втрое скромнее. А главная операция готовилась на Западном направлении. Снова планировался прорыв у Ржева, Сычевки и Вязьмы в направлении Рижского залива. Жуков снова делает ту же работу: координирует действия Калининского и Западного фронтов. Кроме того, наступлению двух фронтов содействуют войска Северо-Западного и Брянского фронтов.
Для проведения этой грандиозной операции были собраны силы большие, чем для проведения контрнаступления под Сталинградом. Под командованием Жукова на этот раз — почти два миллиона солдат и офицеров, 3300 танков, более тысячи боевых самолетов, 24 тысячи орудий и минометов. Суммарный боевой вес советских танков, привлекаемых к этой операции в 2,8 раза превышал боевой вес всех германских танков, которые Гитлер 22 июня 1941 года бросил на Советский Союз.
И вот эту операцию в ноябре-декабре 1942 года Жуков снова провалил.
Там, где был Жуков, — позорное поражение, реки крови, пирамиды солдатских костей и почти две тысячи сгоревших советских танков. Это — в дополнение к тому, что в этом районе было уже уложено в землю с января по август. А под Сталинградом, где Жукова не было, — победа.
2.
Очередной провал Жукова под Сычевкой, Ржевом и Вязьмой из нашей истории выпал. О нем забыли. А уж если, кто из дотошных исследователей полюбопытствует, где же был великий стратег Жуков в момент начала Сталинградской стратегической наступательной операции, то для таких был подготовлен ответ: Жуков находился на второстепенном направлении, там он проводил отвлекающую операцию.
Во времена Брежнева вся идеологическая машина Советского Союза работала на раздувание культа личности Жукова. В те славные времена маршала Василевского, которому было уже 82 года, которому оставался год до смерти, заставили написать: «13 ноября… было приказано Жукову приступить к подготовке отвлекающей операции на Калининском и Западном фронтах, а на меня было возложена координация действий трех фронтов сталинградского направления при проведении контрнаступления». («ВИЖ» 1977 № 11, стр.63)
Правда, интересно? 19 ноября 1942 года начинается грандиозная наступательная операция под Сталинградом, которая должна переломить ход войны в нашу пользу, а за неделю до этого, 13 ноября, величайшему полководцу ХХ века, заместителю Верховного главнокомандующего генералу армии Жукову ставят задачу проводить отвлекающую операцию совсем в другом месте! Неужто, отвлекающую операцию нельзя поручить Коневу, Говорову, Рокоссовскому, Голикову, Толбухину, Баграмяну, Бирюзову, Воронову, Малиновскому или еще кому? Почему во всех операциях Сталин посылал Жукова на главное направление, а в ходе Сталинградской стратегической наступательной операции послал на второстепенное направление проводить отвлекающую операцию?
Ответ простой: операция под Сычевкой, Ржевом и Вязьмой в ноябре-декабре 1942 года не была отвлекающей, она была главной. Жуков ее провалил, поэтому задним числом ее опустили в разряд второстепенных и отвлекающих.
3.
Операция на Западном стратегическом направлении в ноябре-декабре 1942 года не была отвлекающей, ибо отвлекающая операция всегда по времени предшествует главной операции. Сначала фокусник чем-то усыпляет нашу бдительность, а потом достает из черной шляпы белого кролика. Сначала подручные карманника показывают нам чужой кошелек: не вы ли уронили? И тут же сам карманник ласковым движением уводит наш тугой бумажник. Сначала одесский вор Беня Крик поджигает дом напротив полицейского участка, затем, когда полицейские бросаются на помощь соседям, он устраивает пожар в полицейском участке. Сначала боец делает обманное движение, затем бьет. Так и на войне:сначала наносится отвлекающий удар на второстепенном направлении, затем — основной на главном.
Контрнаступление под Сталинградом началось 19 ноября 1942 года, а «отвлекающее» наступление Калининского и Западного фронтов — 25 ноября 1942 года. Спросим: какая же изэтих операций должна отвлечь внимание противника?
Операция Калининского и Западного фронтов не была второстепенной и отвлекающей, ибо в ней участвовало больше войск, чем в наступлении под Сталинградом. У Жукова в составе Калининского и Западного фронтов было 15 общевойсковых, 2 ударных, 1 танковая и 2 воздушных армии. Кроме того, этому «отвлекающему» наступлению содействовали войска Северо-Западного и Брянского фронтов. Это еще 7 общевойсковых, 1 ударная и 2 воздушных армии. Помимо этого позади этой группировки находились одна общевойсковая (68-я) и две резервных (2 и 3-я) армии. Всего у Жукова 23 общевойсковых, 3 ударных, 1 танковая, 4 воздушных и 2 резервных армии.
А у Василевского под Сталинградом 10 общевойсковых, 1 танковая и 3 воздушных армии.
Какая же из этих операций главная, какая отвлекающая?
Наступление Калининского и Западного фронтов при содействии Северо-западного и Брянских фронтов в ноябре-декабре 1942 года не было отвлекающим, и это мы узнаем из книги самого Жукова. Вот директива Калининскому и Западному фронтам отданная 8 декабря 1942 года. Ближайшая задача Западному фронту: «В течение 10-11.XII. прорвать оборону противника на участке Бол. Кропотово — Ярыгино и не позже 15.XII. овладеть Сычевкой, 20.XII. вывести в район Андреевское не менее двух стрелковых дивизий для организации замыкания совместно с 41-й армией Калининского фронта окруженного противника». (Воспоминания и размышления. Стр. 435-436)
Калининскому фронту помимо прочего ставилась задача прорвать фронт и «замкнуть с юга окруженную группировку противника совместно с частями Западного фронта». (Там же)
Итак, Калининскому и Западному фронтам, которыми руководил Жуков, ставилась та же задача, что и фронтам под Сталинградом: проломать оборону противника на двух участках, прорваться подвижными соединениями глубоко в его тыл и замкнуть кольцо окружения вокруг группировки противника.
Давайте поверим коммунистической пропаганде. Давайте считать, что Юго-Западный и Сталинградский фронты под руководством Василевского в ноябре 1942 года прорывали оборону противника и замыкали кольцо окружения ради того, чтобы переломить ход войны в свою пользу. А в том же ноябре Калининский и Западный фронты под руководствомЖукова должны были прорвать оборону противника и замкнуть кольцо окружения просто ради того, чтобы отвлечь внимание Гитлера.
А вот как руководимые Жуковым фронты справились со своей задачей. Слово самому Жукову (или тем, кто писал его мемуары): «Командование Калининского фронта в лице генерал-лейтенанта М. А. Пуркаева со своей задачей справилось. Группа войск фронта, наступавшая южнее города Белого, успешно прорвав фронт, двинулась в направлении на Сычевку. Группа войск Западного фронта должна была, в свою очередь, прорвать оборону противника и двинуться навстречу войскам Калининского фронта, с тем, чтобы замкнуть кольцо окружения вокруг ржевской группировки немцев. Но случилось так, что Западный фронт оборону не прорвал… В это время усложнилась обстановка на Калининском фронте в районе нашего прорыва. Сильным ударом под фланги противник отсек наш механизированный корпус, которым командовал генерал-майор М. Д. Соломатин, и корпусостался в окружении.» (Воспоминания и размышления. Стр. 436-437)
Давайте считать, что все это делалось ради отвлечения. Каков же результат? Результат налицо. Руководимые Жуковым войска германский фронт не прорвали, противника не окружили, наоборот сами попали в окружение. Если поверить, что это была просто отвлекающая операция на второстепенном направлении, то приходится признать, в момент, когда все внимание Гитлера и его фельдмаршалов было приковано к Сталинграду, войска под руководством Жукова даже на второстепенном направлении не сумели выполнить поставленную задачу.
О грандиозном наступлении Жукова в ноябре-декабре 1942 года уже написано несколько статей и книг. Чтобы меня не обвинили в злопыхательстве, буду описывать не своими словами, а цитировать других авторов. 8 июня 2001 года в «Независимом военном обозрении» появилась статья «Не в бой, а на убой». Рассказ о действиях одной только 20-й армии Западного фронта в очередной Ржевско-Сычевской операции в ноябре-декабре 1942 года в. Авторы статьи — М. Ходаренок и О. Владимиров.
В этой операции 20-я армия Западного фронта помимо тех сил, которые она имела, получила усиление — два танковых корпуса, восемь отдельных танковых бригад и соответствующее количество артиллерии.
Подзаголовки статьи: «Неудачное начало», «Сражение за огороды деревни Жеребцово», «Упрямство, переходящее в безумие». Это сказано про величайшего стратега ХХ века.
Вот выдержки из статьи:
«Войска 25 ноября фактически посылались не в бой, а на убой, под хорошо организованный огонь врага».
«Две стрелковых бригады 8-го гвардейского стрелкового корпуса — 148-я и 150-я четыре дня штурмовали село Хлепень, расположенное на высоком берегу Вазузы… под селом практически в полном составе полегли 148-я и 150-я стрелковые бригады, в которых кроме штабов и подразделений обеспечения не осталось никого».
«Неумолимая Ставка и ее представитель Георгий Жуков требовали только одного — наступления во чтобы то ни стало. 20-я армия была дополнительно усилена 5-м танковым корпусом и четырьмя стрелковыми дивизиями.»
«Поле битвы было усеяно нашими сгоревшими танками. В частности, уже 6 декабря шесть танковых бригад 20-й армии из восьми, потерявшие почти всю материальную часть, были отведены для восстановления боеспособности в тыл».
«Уже 13 декабря 6-й танковый корпус имел в строю 26 танков, а два дня назад введенный в сражение 5-й танковый корпус — только 30. Один танковый корпус вел бой за деревню Малое Кропотово, второй пытался взять штурмом село Подосиновка».
«За неделю (11-18 декабря) крайне кровопролитных, ожесточенных и по своей сути безрезультатных боев наступательные возможности 20-й армии были окончательно исчерпаны. Закончились боеприпасы и горюче-смазочные материалы. Почти полностью была потеряна материальная часть всех восьми танковых бригад и обоих танковых корпусов. Оставшиеся в живых люди, по несколько суток находившиеся без сна и пищи, были предельно измотаны и смертельно устали».
«За 23 суток беспрерывных боев войска 20-й армии на 8-километровом участке вгрызлись в оборону противника на 10 километров. Среднесуточные темпы наступления — чуть более 400 метров в сутки. За каждый километр пришлось платить шестью тысячами убитых и раненых воинов».
«Примерно по тому же сценарию разворачивались события в полосах наступления других армий Западного и Калининского фронтов».
«Общие людские потери Калининского и Западного фронтов составили более 215 тысяч человек убитыми и ранеными».
4.
Не одна 20-я армия «отвлекала». Точно так же все пятнадцать общевойсковых, две ударных и одна танковая армия Западного и Калининского фронтов под мудрым водительством гениального полководца «отвлекали» внимание Гитлера. Кроме того, на других фронтах по сценарию Жукова «отвлечением» занимались еще семь общевойсковых и одна ударная армия.
Документов о действиях каждой армии в этой грандиозной «отвлекающей» операции опубликовано достаточно. 20-ю армию я выбрал не зря. 20-я армия погибла в октябре 1941 года под Ельней. Не буду говорить, по чьей вине. Вспомните сами, кто штурмовал Ельню два месяца, обескровил войска, растратил все боеприпасы и горюче-смазочные материалы и убыл на другой фронт, подставив измотанные и потрепанные войска под разгром.
В ноябре 1941 года была создана новая 20-я армия. От старой 20-й армии она унаследовала только номер. Это новое, плохо сколоченное и необстрелянное объединение уже в январе 1942 года под командованием генерал-майора А. А. Власова творила чудеса на реке Ламе. А над Власовым тогда стоял Жуков. И вот прошел год. Та же 20-я армия, того же Западного фронта. Снова зима. Теперь 20-я армия имеет уже год боевого опыта. И снова общее руководство осуществляет Жуков. Но теперь все идет не так как нужно: разведка работает плохо, артиллерия стреляет не по целям, а по площадям, вся подготовка операции — неуклюжая. Противник давно понял, где и какие удары будут нанесены и сделал все возможное, чтобы их отразить.
Чего же не хватает? Не хватает генерала Власова. Без него Жуков превратился в обыкновенного унтер-офицера из Первой мировой войны.
Танки нельзя бросать на штурм. Стихия танков — неудержимый рывок вперед. Населенные пункты и узлы сопротивления надо не штурмовать, а обходить. Но этого Жуков так и не понял до конца войны и до конца своей жизни.
5.
Кто же виноват в очередном кровавом провале под Сычевкой?
Ответ Жукова (или тех, кто писал его мемуары) вышибает из седла: «Если же оборона противника расположена на плохо наблюдаемой местности, где имеются хорошие укрытия за обратными скатами высот, в оврагах, идущих перпендикулярно фронту, такую оборону разбить огнем и прорвать трудно, особенно когда применение танков ограниченно. В данном конкретном случае не было учтено влияние местности, на которой была расположена немецкая оборона.» (Воспоминания и размышления. Стр. 437)
Ситуация анекдотическая. Гладко было на бумаге, но забыли про овраги. Так на ком же вина? По словам Жукова, виноват кто-то неодушевленно-безымянный. Кем-то не были учтены овраги. Постойте, но ведь эту «отвлекающую» операцию лично готовил Жуков, тот самый Жуков, который с января до конца августа 1942 года бездарно штурмовал эти самые овраги под Сычевкой. Неужели тогда, за восемь месяцев бестолковых штурмов великий полководец не сообразил, что штурмовать сычевские овраги нет смысла?
Если же он за восемь месяцев беспросветного штурма сообразил, что овраги под Сычевкой штурмовать бесполезно, то должен был сказать Сталину: фронт у нас огромный, отвлекающую операцию надо проводить где угодно, да только не под Сычевкой. Но унтер Жуков, получив приказ вновь штурмовать Сычевку, бодро ответил «Есть!» и побежал выполнять. Сам готовил операцию, сам ее провалил, а потом вспомнил, что на эти грабли он наступал уже не один десяток раз.
Получилось, что весь 1942 год, с января по декабрь, Жуков заливал кровью Смоленскую область. На Сталинград он только отвлекался. Сталинградская стратегическая наступательная операция проводилась без Жукова. Вот только после войны Жуков «забыл», что в ноябре и декабре 1942 года в районе Ржева и Сычевки он сжег без толку миллионы снарядов, положил в землю массы советских солдат, угробил лучшие гвардейские артиллерийские, стрелковые, танковые и авиационные соединения.
6.
В грандиозной «отвлекающей» операции Жуков отвлекал не германские войска от Сталинграда, а советские. «После впечатляющего, но, похоже, неожиданного для советского руководства сталинградского успеха, вполне реальна была возможность достижения решающей победы на всем южном крыле советско-германского фронта. Судьба представила советской стороне редкий по своей красоте шанс — окружить и полностью уничтожить немецкие войска к югу от Воронежа, тем самым поставив рейх перед военной катастрофой уже зимой 1943 года. В распоряжении Ставки, казалось, было все, чтобы осуществить этот план — подавляющее превосходство над противником в силах и крайне выгодная оперативно стратегическая обстановка, сложившаяся на этом участке фронта… Редчайший по своей красоте шанс на южном крыле фронта был упущен». (М. Ходаренок, О. Владимиров. «Независимое военное обозрение». 8 июня 2001 года).
Речь идет вот о чем. Летом 1942 года на южном участке советско-германского фронта германские войска прорвались далеко на восток, форсировали Дон и устремились на юг к самым предгорьям Кавказа. В ноябре советские войска под Сталинградом окружили мощную германскую группировку. Само по себе это было огромным достижением. Однако прорыв советских войск сулил еще более грандиозный успех. Прорвавшиеся советские войска нависали над путями снабжения мощной германской группировки на Кавказе. Вся кавказская группировка германских войск оказалась под угрозой невиданного в истории окружения. Перед германскими войсками впереди — Большой Кавказский хребет. Справа — Черное море. Слева — Каспийское море, Волга и непробиваемый советский фронт. Позади — река Дон и советские войска на правом берегу. Советским войскам оставалось только закрыть эту бутылку пробкой. Перед Красной Армией был Ростов. «Через Ростов проходили коммуникации не только всей группы армий „А“, но также и 4-й танковой и 4-й румынской армий». (Генерал-фельдмаршал Э. фон Манштейни. Утерянные победы. Москва. АСТ. 1999. Стр. 433)
Под Сталинградом была окружена 6-я германская армия. В случае удара советских войск на Ростов в окружение попадали еще четыре армии: 1-я и 4-я танковые, 17-я и 4-я румынская, а так же управление и тылы группы армий «А». Прорыв из кольца был невозможен, ибо германские войска ушли далеко на восток и на юг. Чтобы начать прорыв из кольца передовым частям пришлось бы совершить предварительно отступление в 500-600 километров. У них для этого просто не было горючего. В случае удара советских войск на Ростов, окружение под Сталинградом было бы только прологом, первым небольшим этапом небывалого разгрома.
Красоту создавшейся ситуации видели советские командиры. Маршал Советского Союза А. И. Еременко в то время был генерал-полковником, командующим Сталинградским фронтом. В своем рабочем дневнике еще 18 января 1943 года он записал: «Следовало, как и предлагал штаб Сталинградского фронта, не атаковать окруженных, а задушить их блокадой, они бы продержались не больше одного месяца, а Донской фронт направить по правому берегу Дона на Шахты, Ростов. В итоге получился бы удар трех фронтов: Воронежского, Юго-Западного и Донского. Он был бы исключительно сильным, закрыл бы как в ловушке, всю группировку противника на Северном Кавказе». (ВИЖ. 1994. № 4)
Главный маршал артиллерии Н. Н. Воронов: «Мы имели полную возможность создать новый невиданный „котел“ для гитлеровских войск под Ростовым и осуществить разгромнемецкого южного крыла Восточного фронта». (Красная Звезда. 28 октября 1992)
Страшную опасность окружения под Ростовым видели и германские полководцы.
Начальник Генерального штаба сухопутных войск генерал-полковник К. Цейтцлер: «Примерно с середины декабря стала надвигаться другая катастрофа, подобная сталинградской. Так как она имеет прямое отношение к Сталинграду, я скажу о ней несколько слов. Речь идет о судьбе немецких войск на Кавказе… В результате успешного русского зимнего наступления западнее и южнее Сталинграда, возникла угроза всему кавказскому фронту… Нетрудно было понять, что если русские продолжат наступление, то вскоре они достигнут Ростова, а в случае захвата ими Ростова всей группе армий „А“ грозит неминуемая опасность окружения.» (Роковые решения. Москва. Воениздат. 1958. Стр.197)
Генерал-фельдмаршал Э. фон Манштейн считал, что в случае удара советских войск на Ростов весь Восточный фронт рухнет в январе 1943 года, если даже не в декабре 1942 года. «Речь шла о том, будет ли уже этой зимой сделан решающий шаг к поражению Германии на востоке. Катастрофа 6-й армии, как бы тяжела и печальна она сама по себе ни была, в сравнении с масштабами Второй мировой войны в целом не могла еще быть таким шагом. Но разгром всего южного крыла Восточного фронта открывал бы путь к скорой победе над Германией. Советское командование по двум причинам могло рассчитывать на достижение этой цели на южном фланге. Первая — это огромное численное превосходстворусской армии, а вторая — преимущества оперативной обстановки, которые советское командование получило благодаря ошибкам германского командования, связанным соСталинградом». (Утерянные победы. Стр. 432)
Понимая страшную опасность, германское командование приняло все меры, чтобы избежать крушения Восточного фронта в самом начале 1943 года. Группа армий «А», бросив все, спешно без боя покинула Северный Кавказ.
Заместитель Верховного главнокомандующего генерал армии Г. К. Жуков, если бы он увидел красоту сложившейся ситуации под Сталинградом, должен был кричать Сталину: давай остановим дурацкое наступление на Сычевку! Давай танковые бригады и корпуса не будем жечь ради каких-то огородов на задворках давно стертых с земли деревень! Все — на Ростов! И сотни тысяч тонн снарядов туда же! И гвардейские корпуса! И авиацию! И ударные армии! Вот она — победа над Германией! Прямо в наших руках! На блюдечке с голубой каемочкой!
Но Жуков красоты не увидел. Жуков выполнял дурацкий приказ, причем самым дурацким способом. Жуков отвлекал лучшие соединения Красной Армии от поистине важного участка фронта и без толку их истреблял, штурмуя никому ненужные деревни, высотки и сараи.
7.
На войне и сразу после войны Жуков интенсивно раздувал культ собственной личности. Стержень культа — я, великий Жуков, главный творец победы, в том числе, — победыпод Сталинградом. Слухи разлетались по стране. Слухи дошли до Сталина. Мы можем себе представить ярость Сталина, когда он услышал, что Жуков объявляет себя сталинградским героем. И тогда маршалы Булганин и Василевский написали проект приказа, о том, что Жуков, утеряв всякую скромность, приписывал себе разработку и проведение операций, к которым не имел никакого отношения. Сталин это подписал. В приказе среди прочего сказано: «К плану ликвидации сталинградской группы немецких войск и к проведению этого плана, которые приписывает себе маршал Жуков, он не имел отношения: как известно, план ликвидации немецких войск был выработан и сама ликвидация была начата зимой 1942 года, когда маршал Жуков находился на другом фронте, вдали от Сталинграда».
Мы понимаем причины, которые заставили Сталина подписать приказ о недостойном поведении Жукова: маршал-хвастун забыл о своих провалах под Сычевкой, но помнит о чужих победах под Сталинградом и приписывает их себе.
Но приказ Сталина о жуковском хвастовстве на великого полководца воздействия не оказал. Прошло два десятка лет, и в мемуарах Жукова снова зазвенела лихая песня про то, как он побеждал под Сталинградом. «Заслуга Ставки Верховного Главнокомандования и Генштаба состоит в том, что они оказались способными с научной точностью проанализировать все факторы этой грандиозной операции, сумели предвидеть ход ее развития и завершение. Следовательно, не о персональных претендентах на „авторство“ идеи контрнаступления должна идти речь. («Воспоминания и размышления Стр. 421)
Видите, как скромен Жуков. Он даже и не пытается выпячивать свою выдающуюся роль в проведении контрнаступления под Сталинградом. Он говорит, что все работали: и Ставка Верховного Главнокомандующего, и Генеральный штаб. Зачем искать кого-то одного, кто предложил идею контрнаступления?
Сначала Жуков рассказал, что он и Василевский весь план придумали, а Сталин услыхал и заинтересовался. Рассказав такое, Жуков великодушно соглашается авторов гениального плана не искать.
Чуть позже ту же фразу о заслугах Жуков усилил: «Величайшая заслуга Ставки Верховного Главнокомандования состоит в том, что она оказалась способной с научной точностью проанализировать все факторы этой грандиозной операции, научно предвидеть ход ее развития и завершение». (Маршал Жуков. Каким мы его помним. Москва. 1988. Стр. 239)
«Заслуга Ставки ВГК и Генерального штаба» превратилась в «величайшую заслугу» одной только Ставки ВГК. А Генеральный штаб из круга победителей выпал. Оно и понятно. Жукова Сталин выгнал из Генерального штаба еще в июле 1941 года и назначил с понижением. Раз Жукова нет в Генштабе, значит, о роли Генерального штаба в Сталинградском контрнаступлении можно не вспоминать. Жуков помнит только о заслугах Ставки ВГК, ибо являлся ее членом. На протяжении всей книги Жуков настойчиво об этом напоминает читателю. Потому фразы о заслугах и величайших заслугах Ставки ВГК в Сталинградском сражении распространяются на самого говорящего. Это Жуков сам себя хвалит. Это он рассказывает о научной точности своего анализа.
Но о каком научном подходе речь, если окружили втрое больше, чем намеревались? Если допущена ошибка в одну сторону, то такая же ошибка могла быть допущена и в другуюсторону. Решили окружить 7-8 дивизий, что было бы, если бы их там оказалось втрое меньше?
О каком научном подходе речь, если Ставка ВГК приказала наступать на окруженную под Сталинградом группировку германских войск? Окруженные германские войска была по существу лагерем вооруженных военнопленных. У них не было продовольствия, топлива, зимней одежды. Опасность прорыва была ликвидирована. После этого надо было оставить их в покое до весны. Сколько могут держаться войска на страшном морозе без зимней одежды, без топлива, боеприпасов и продовольствия? Но был приказ штурмовать.И наши дивизии, корпуса и армии бросились на штурм. Летом 1942 года наши саперные армии возводили неприступную оборону вокруг Сталинграда, потом германские войска ее преодолели, теперь Красная Армия штурмовала непреодолимую полосу укреплений, которую сама же и возвела. Штурм Сталинградских укреплений был непростительной ошибкой Гитлера. Теперь Красная Армия повторяла ошибку Гитлера, штурмуя те же укрепления еще раз. «Почему русские решили перейти в наступление, не дожидаясь, пока котел развалится сам по себе, без всяких потерь со стороны русских, известно только русским генералам». (Генерал-полковник К. Цейтцлер. Роковые решения. Москва. Воениздат. 1958. Стр. 199)
О каком научном подходе речь, если у Ростова был упущен шанс разгромить Германию в начале 1943 года? Если была возможность победить без Курского сражения, без Прохоровки, без форсирования Днепра, Днестра, Немана, Вислы и Одера, без «десяти сталинских сокрушительных ударов», без Балатонского оборонительного сражения, без штурма Сапун-горы, Зееловских высот, Кенигсберга и Берлина?
Но вместо удара на Ростов наши стратеги штурмовали собственные укрепления под Сталинградом и огороды на окраине деревни Жеребцово.
Во всей Сталинградской эпопее меня больше всего поражает наглость Жукова. Любой человек, который интересуется военной историей, проявив достаточно упорства, способен вычислить маршруты Жукова на войне. Вычислив маршруты, любой исследователь мог уличить Жукова в том, в чем его уже уличили после войны Сталин, Булганин и Василевский: в непомерном и необоснованном возвеличивании себя, в воровстве чужой славы.
Но реальная угроза разоблачения на авторов жуковских мемуаров не действовала.
8.
Краткий итог. Под Сталинградом были решены две задачи.
Первая: остановить бегущие советские войска и создать новый фронт. Эта задача была решена в июле и августе 1942 года без участия Жукова.
Вторая задача: прорвать фронт противника и окружить его войска в районе Сталинграда. Эта задача решалась 19-23 ноября 1942 года. И тоже без участия Жукова. Во время выполнения и первой, и второй задач Жуков штурмовал Сычевку.
Мне возражают: допустим, Сталинградская стратегическая наступательная операция проводилась без Жукова. Но ведь это и не важно, кто осуществлял. Главное — кто идеюподал!
Хорошо, вспомним, кто подал идею. Его должность летом 1942 года — старший офицер Главного оперативного управления Генерального штаба. Звание — полковник, впоследствии — генерал-лейтенант. Фамилия Потапов. То, что план Сталинградской стратегической наступательной операции родился в Главном оперативном управлении Генерального штаба, и что автором плана был полковник Потапов, известно всем и давно. Из этого никто не делал секрета. После официального крушения коммунистической власти в Главном оперативном управлении Генерального штаба наконец нашли карту с планом операции. На карте подписи Потапова и Василевского. Дата — 30 июля 1942 года. План был разработан задолго до появления Жукова в Москве. 30 июля Потапов не просто подал идею, он уже завершил разработку плана. В это время Жуков в который раз рвался к Сычевке и о Сталинграде еще не помышлял.
План полковника Потапова был доложен начальнику Генерального штаба Василевскому. Василевский доложил план Сталину. После этого Сталин вызвал Жукова в Москву, назначил своим заместителем и отправил в район Сталинграда. Жуков вернулся 12 сентября и якобы предложил «другое» решение. Но именно это решение было разработано в Генеральном штабе за полтора месяца до жуковского озарения, давно доложено Сталину, и Сталин с Василевским уже давно вели интенсивную подготовительную работу по его осуществлению. Просто в этот день, 12 сентября 1942 года, Василевский по приказу Сталина посвятил Жукова в тайну.
9.
Давайте поверим на минуту: это он, великий Жуков, в сентябре 1942 года предложил план Сталинградской стратегической наступательной операции. Давайте поверим, что Сталин сомневался в успехе, а Жуков ни в чем не сомневался.
Пусть будет так. И вы, и я в такой ситуации бывали: приходишь к начальнику, предлагаешь нечто необычное и рискованное. Начальник в успехе сомневается. Что он нам ответит?
Существуют только два варианта.
Первый. Начальник запретит нам этим делом заниматься потому, что в конечном итоге — ему за все отвечать.
Второй вариант. Начальник скажет: ты это придумал, ты и делай. Ответственность — на тебе. Провалишь — пощады не жди.
А Жуков нам третий вариант предлагает. Сталин в успехе сомневается, но всю ответственность почему-то взял на себя и переложил ее на Василевского, а Жукова отправил в другое место, освобождая от ответственности за осуществление рискованного плана. А так не бывает! Если бы Сталин сомневался в успехе, то послал бы Жукова руководить операцией под Сталинградом: ты предложил, ты в успехе не сомневаешься, вот тебе карты в руки, действуй. Провалишь — ответишь. Если Сталин боялся за последствия, тодолжен был держать Жукова в районе Сталинграда и в случае неудачи свалить на него вину.
Но Сталин сам от ответственности не уклонялся и перед рискованной операцией на храброго, мудрого Жукова ответственность не взваливал. А это свидетельствует только о том, что Сталин Жукова автором плана не считал, не полагал, что на Жукова в случае провала можно будет свалить вину. Потому перед началом столь рискованной операции Сталин отправляет Жукова за тысячу километров от Сталинграда на Западное направление проводить другую операцию, которую Жуков действительно предлагал, которуюдолго готовил и, как всегда, провалил.
Сталин знал, что план Сталинградской стратегической наступательной операции рожден в недрах Генерального штаба, план разработан неким полковником и утвержден начальником Генерального штаба генерал-полковником Василевским. Вот почему Сталин 15 октября 1942 года назначает Василевского (всего лишь генерал-полковника!) своим заместителем, а в ноябре посылает под Сталинград координировать действия всех войск, которые принимали участие в контрнаступлении. Логика Сталина проста и неоспорима: в Генеральном штабе план операции придуман, начальником Генерального штаба утвержден, так иди же, начальник Генерального штаба генерал-полковник Василевский, под Сталинград и проводи операцию. Провалишь — сокрушу!
Результат работы Василевского известен. 18 января 1943 года Сталин присваивает своему заместителю Василевскому звание генерала армии. Не прошло и месяца и 16 февраля Сталин присваивает Василевскому звание маршала Советского Союза.
Из того простого факта, что координировал действия фронтов под Сталинградом Василевский, а не Жуков, следует простой вывод: сказания из книги Жукова о его решающейроли в Сталинградской битве относятся к категории легендарных подвигов панфиловцев и стахановцев, Синдбада-морехода и барона Мюнхгаузена.* * *
Упоминание о полковнике Потапове в нашей открытой печати мелькнуло только раз. «Красная звезда» 1 сентября 1992 года признала, что план Сталинградской стратегической наступательной операции разработал и предложил именно он.
Сразу после крушения коммунизма был короткий период, когда архивы стали открываться, когда рушились мифы и падали с постаментов дутые величия. Но период этот был коротким. Правители опомнились. За неимением лучшего, бросились возвеличивать Жукова. Компания обожествления почти мгновенно достигла уровня общенародной истерики. Мудрого полковника Потапова вновь задвинули в небытие, а его план — в разряд сведений, «которые не удалось обнаружить».
Настоящий подвиг полковника мешал громоздить выдуманные подвиги на кандидата в святые Георгии.
Глава 17



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 [ 9 ] 10 11 12 13 14 15
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.