read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


— Домой?
— Ну, да. Домой. Мне еще до города черт знает сколько ехать. А дел выше крыши.
— Забудь про свои дела. От дел отдыхать нужно.
— Не могу. У меня дела неотложные.
— Неотложных дел не бывает. Отложить можно любые дела.
— И все же мне пора, — жалобно настаивала я на своем.
Парень снял пистолет с предохранителя, нахмурил лоб и засопел.
— Ты что делаешь-то? — перепугалась я не на шутку.
— Стрелять буду.
— Тебя же за это посадят.
— У меня уже две ходки. Я тюрьмы не боюсь.
— Ты что, на третью ходку собрался?
— Собрался.
Мне стало себя невообразимо жаль, и я заплакала. Ну кто меня пожалеет, если не я сама себя! Стою на кладбище под прицелом законченного отморозка и трясусь от страха.
И никакой перспективы того, что скоро все это закончится… Вообще никакой.
— Ну, что ты так на меня смотришь? И ты и твой пистолет… Что ты от меня хочешь? Я же тебе уже тысячу раз говорила, что я ни в чем не виновата, что я здесь оказалась случайно… Дай мне уйти…
— У меня друга убили, а ты уйти собралась. А ну скажи, кто моего друга убил!
— Я не знаю, — замотала я головой. — Я ничего не знаю.
— Пока ты запаску меняла, твой дед эту могилу копал. Видишь, земля совершенно свежая. Сегодня утром она была примятая, а теперь она по-другому вскопана.
— Я про это ничего не знаю…
— Все ты знаешь. Дед здесь копал. Смотрел, кто ту похоронен. Кстати, ты не знаешь, что тут за крендель лежит?
— Понятия не имею.
— Рожа у него такая знакомая, словно я его раньше когда-то видел. Только вот память напряг, а вспомнить не могу. Вид у него такой, интеллигентный. Главное, что при нем даже никаких документов нет. Ни прав, ни паспорта, ни удостоверения личности, вообще ничего И все-таки где-то я с этим кренделем встречался. Мне даже показалось, чтоон на мента похож. Морда, как у ищейки. Ему только в фильмах ментов играть. Мы его сразу засекли. Довольно странный тип. Все, что-то ходил, вынюхивал… То ли за нами следил, то ли за кем-то другим. Ни машины при нем. ни какого другого средства передвижения; не понятно, каким образом он до этой деревни добрала и А когда мы могилу копалии на своего товарища наткнулись, этот крендель за одной могилкой спрятался и внимательно за нами следил. Я его очки и усы сразу заметил. Морда как у крысы. А когда я его приметил, он руку с пистолетом из-за могилы выставил и начал палить без разбора Мы в этом деле оказались разборчивее. Мы его сразу хлопнули. Пух и все. Готов.
Все время, пока он это рассказывал, я чувствовала, как меняется мое лицо. Сначала оно слегка вытянулось, а затем приняло совершенно очумелое выражение. Мои эмоции опережали мой разум, который совершенно не хотел принять к сведению информацию, которую слышал.
Посмотрев на ту могилу, где лежал лжеследователь Голубев, я опустила глаза и еле внятно сказала:
— Так это вы его убили…
— Мы.
— Кошмар какой-то…
— Да ничего кошмарного тут нет. Мы бы его не замочили, ежели бы он первый не начал. Как ищейка, ей-Богу. А зачем его дед откапывал?
— Наверное, хотел посмотреть, кто там находится. Он эту яму под себя сделал, да тут такая незадача. Дед разозлился и захотел посмотреть кто его место занял.
— Жалко, что он деру дал, а то бы мы ему местечко-то освободили. Нехай лежит, загорает.
В этот момент из-за могил показались двое. Один был довольно хорошо мне знаком, а вот другого я видела впервые. Молодые люди тащили огромный железный ящик, который, судя по их искривленным лицам, был довольно тяжелым. Вид у второго мужчины, которого называли Глебом, был достаточно подозрительным и довольно свирепым. Его руки были покрыты наколками и напоминали руки того уголовника, которого мы с дедом похоронили совсем недавно. Поставив железный ящик рядом с могилой, незнакомцы открыли крышку, и моему взору предстала целая груда совершенно нового, еще промасленного оружия.
— Ребята, я ничего не желаю видеть. Я тут вообще сбоку припека, — жалобно взмолилась я и попятилась назад.
— Стой, сучка, ты куда собралась?
— Да что я вам мешаться буду, ей-Богу. У вас тут свои дела…
— А ну-ка стой, а то я щас тебе ногу прострелю!
Угроза на меня подействовала почти молниеносно.
Я встала как вкопанная и практически не шевелилась Мужчины поставили ящик на землю и начали складировать оружие в разрытую могилу. Они делали все так аккуратно, словно клали на дно ямы не бездушные железки, а хрупкие, бьющиеся предметы.
— Глеб, а давай мы когда все оружие перетаскаем, поставим здесь табличку, мол: «Осторожно, бесценный груз». Ни один, даже самый навороченный покойник не стоит столько, сколько стоит эта могила.
— Давайте лучше сделаем так, чтобы к этой могиле никто не приближался даже на пушечный выстрел. А то какие-то деды шастают, какие-то девки…
— Да деда найдем. Этот хоромоногий стрекозел далеко не уйдет, а вот девку мочить придется. Больно много знает.
— За что меня мочить?! — не поверила я своим ушам. — Я же вам сказала, что даже сейчас ничего не вижу и ничего не слышу.
Парень, державший пистолет, слегка дернул рукой и злобно оскалился.
— А может, и вправду оставить тебя живой? Только сперва нужно сделать так, чтобы ты и в самом деле ничего не видела и ничего не слышала. Для этого я прострелю тебе глаз и ухо.
Схватившись за голову, судорожно затряслась и чуть было не забилась в истерике.
— Ребята, да вы что? Вы вообще думаете, что творите?!
Думаем. Туг особо и думать нечего. Отправим тебя к тому очкастому кренделю, и будете вместе лежать. А то ты и в самом деле слишком много знаешь. У баб ведь язык без костей. Они болтают так, что не остановишь. Тем более есть подозрения, что ты о гибели нашего товарища что-то знаешь и молчишь. А то как-то все через задницу получается…Мы специально искали заброшенное кладбище, чтобы спрятать на нем оружие, которое должно лежать в целости и сохранности. Оно ведь не игрушечное, а настоящее и очень больших денег стоит. Подъезжаем на это кладбище и диву даемся, ничего рыть не надо, все давно вырыто. Вот это сервис! Качественно, красиво, удобно, надежно. Тем более кладбище заброшенное. Ни одна живая душа сюда не сунется. А кто яму выкопал, мы даже не подумали как-то. Просто мысленно его поблагодарили и пожелали крепкого здоровья и долголетия. Первым наш сбежавший товарищ сюда отправился. Договорились встретиться в условленном месте. Он должен был к местным жителям присмотреться и жилье какое-нибудь снять. Короче, лечь на дно. Он ведь в бегах как-никак. А тут еще хуже. Товарищ наш исчезает. Никаких признаков жизни не подает. В назначенное время не появляется, на связь не выходит. Мы снова приехали на кладбище и чуть было не лишились рассудка. Могилка, предназначенная для хранения оружия, недавно зарыта, а рядом новая вырыта. Ну, думаем, прямо чудеса техники. И кто это здесь такой землекоп? Решили проверить. Посмотреть, что же в нашу родную могилку закопали? Вот так мы на своего товарища и вышли. А когда мы его выкапывали, тут-то мы этого очкастого кренделя и приметили. С пистолетом прятался. А когда палить начал, пришлось его хлопнуть. Закопали его с миром и решили все же разузнать, кто здесь раскопкой могил занимается. Вот и узнали. Оказывается дед ста лет со своей названной дочкой.
— А ну колись, этот очкастый из вашей с дедом компании?
— В смысле?
— В смысле того, что вы с ним одна бригада?!
— Да нет. Я его в упор не знаю.
— А мне кажется, знаешь. Вот вас троица и орудует. Ты, наверное, не дедова любовница, а очкастого.
— Да вы что такое говорите?!
В этот момент раздался выстрел, и парень, державший пистолет, свалился в могилу. Я громко завизжала и увидела неподалеку от себя деда Герасима. Он держал ружье и нещадно палил. Двое других упали прямо в вырытую могилу, где лежало оружие, и повытаскивали свои пистолеты.
— Я вам гадам покажу, кто в этой деревне хозяин! — до хрипоты орал дед. — Я вас, архаровцев, отсюда всех повыкидываю! Это моя деревня, моя земля и мои порядки!!! В городе будете себя вести как хотите, а здесь… Здесь старших почитают… Сколько вы сюда из города приезжать будете, столько я вас и убивать буду! Пачками будете приезжать, пачками и буду убивать!!!
Вдруг дед Герасим замолчал и грохнулся на землю. Я хотела было броситься к нему, но увидела, что он как-то странно закатил глаза и уставился в одну точку. Сзади меня раздался выстрел, и я, не раздумывая, бросилась со всех ног в ту сторону, где стояла моя машина. Видимо, меня спас тот отрезок времени, пока эти двое выбирались из могилы и осматривали своего друга.
Добежав до своей машины, я сунула домкрат в багажник и, посмотрев на стоящий рядом незнакомый джип, на котором, видимо, было привезено оружие, молниеносно заскочилав салон. Я не знаю, где я нашла силы завести машину и надавить на газ. В такой момент для меня это было труднее всего на свете. Я ни о чем не думала и, наверное, даже не хотела думать. Я просто смахивала слезы, тихонько всхлипывала и давила на газ…
Глава 16
Я не заметила, как доехала до дома, и некогда такая долгая дорога показалась такой короткой. Поднявшись в свою квартиру, я пулей добежала до бара и налила себе изрядную порцию виски. Затем залпом выпила и посмотрела на себя в зеркало. Мое отражение было бледно-зеленого цвета и какое-то глубоко несчастное. От выпитого я совершенно не захмелела, но мне стало немного легче.
Скинув одежду, я приняла холодный душ и, замотавшись в длинное махровое полотенце, пригладила мокрые волосы. Все закончилось. Бог мой, неужели все закончилось и я уже в который раз осталась жива?
Посмотрев на стул, я слегка вздрогнула и выдавила из себя грустную улыбку. На стуле висел пиджак Макса. Так непривычно, в моем доме и… мужская вещь. И даже с этим висящим на стуле пиджаком мой дом почему-то выглядел одиноким. И мне даже показалось, что я живу не в огромной квартире в центре Москвы, а в какой-то обшарпанной избушке на краю леса. В этой избушке топится русская печь. Я даже слышу, как потрескивают поленья, и вижу в печи маленькие угольки… Но только странно, что эта печь совсем не греет и от нее нету жара… Словно, она не настоящая, а какая-то декоративная. Ее тепло обманчиво. В него можно поверить — ну как же, огонь горит! — но только да ощутить. Наверное, так же и в моей квартире. В ней появились мужские вещи и даже запахло мужчиной, но только от этого в ней не стало тепло.
В моей душе затаились пустота и безысходность, и мне было очень тяжело справиться с этим гнетущим чувством. Мне хотелось рассказать обо всем Максу, но жизнь научила меня не доверять безгранично мужчинам, а говорить им только о том, что я посчитаю нужным и необходимым. Я услышу слишком много «почему?» и сомневаюсь в том, что смогу на них ответить. Мне придется рассказать про Михаила и про нашу ТЕРАПИЮ ДЛЯ ОДИНОКИХ СЕРДЕЦ. Макс посчитает это предательством и вряд ли сможет меня по-настоящему понять и простить.
Подойдя к окну, я посмотрела на лежащую на нем Библию, которая осталась со времен Светки, и положила на нее руку. Конечно, я великая грешница, в церковь выбираюсь редко, никаких постов не соблюдаю, но я всегда верила в Бога, только своего Бога, который живет в моей душе И которому я искренне преклоняюсь. Этот Бог только мой. Он мой Ангел-Хранитель и мой поистине родной человек. Я никогда не принимала ту веру, которую нам постоянно навязывают. Я выбрала свою веру сама, свою собственную… И этот Бог постоянно меня бережет, потому что он меня любит ничуть не меньше, чем люблю его я.
Положив руку на Библию, я мысленно попросила своего Бога о том, чтобы все обошлось, и о том, чтобы все опасности, навалившиеся на меня в последнее время, обошли меня стороной.
Я оставила Библию на окне и принялась бессмысленно бродить по квартире. Я, как губка, начала впитывать безлюдье, покой и тишину. В моей душе пусто. Нет ни боли, ни радости, ни даже ставшего привычным испуга. Я включила кондиционер и прислушалась к его уютному гудению Затем я включила плеер с лазерными дисками и погрузилась в океан моего любимого джаза. И я вдруг поняла, что живу, что моя жизнь продолжается, несмотря ни на что. А музыка… Она такая красивая и такая противоречивая… То громкая, то тихая, как шепот… Она такая же противоречивая, как и я, как вся моя жизнь.
В подсознании я понимала, что в своих многочисленных бедах виновата сама, что никогда нельзя зариться на чужие деньги, потому что это ужасно и это может кончится плачевно… Но как вернуть кучу денег, которая совершенно случайно очутилась в твоих руках?! Слаб человек… Еще мама всегда говорила мне, что всех денег не заработаешь, что не нужно стремиться отхватить себе все, чтобы жить «как белые люди». Мама говорила, но в жизни все получается совсем по-другому. Совсем… Я все понимаю. Все. Но есть вещи, которые я так и не могу понять, а уж тем более сделать. Я понимаю, что в этой жизни не стоит особо напрягаться, что нужно просто жить и довольствоваться тем, чтоимеешь. А если ты захочешь большего, то можешь потерять то, что у тебя есть. Это логика, и это так. Но я не понимаю эту логику, вернее, понимаю, но не могу ей последовать. Я хочу все и хочу все сразу. Я никогда не могу довольствоваться тем, что имею, потому что со временем, сколько бы я ни имела, мне становится мало. Я не могу не напрягаться и еще не научилась до конца расслабляться. Я постоянно чего-то жду и стараюсь во всем победить, потому что я привыкла быть первой. Еще с самого раннего детства я привыкла быть первой.
Я не хотела думать о том, что произошло совсем недавно на деревенском кладбище, потому что если я буду об этом постоянно думать, то я просто сойду с ума. Мне было жаль деда Герасима, но я понимала, что уже ничего не могу для него сделать. Я даже подумала о том, что я должна позабыть о спрятанных деньгах, хотя бы временно, хотя бы на тот момент, пока все не утрясется.
А пока… Пока у меня есть любимая работа и есть любимый Макс… При мысли о Максе у меня бешено забилось сердце. Я вновь поверила в свою исключительность, потому что наконец нашелся именно тот мужчина, который мне нужен. Именно Макс показал мне, что любовь не вымысел, а самая настоящая реальность. Говорят, что мужчины не любят сильных женщин и сознательно их боятся, но только не Макс. Макс всегда восхищался тем, что я сильная и что я всегда стараюсь ею быть, даже когда происходит самое страшное.А еще Максу безумно нравится, что во мне всегда присутствует элемент секса. Хотя такая я не со всеми мужчинами. Я научилась делать так, чтобы ко мне не приставали разные кобели. Когда я хочу нравиться, я разбрасываю флюиды своей сексуальности на каждого встречного мужчину, когда не хочу, то прячу их поглубже в себя и закрываю плотной крышечкой. И еще… Еще Макс любит меня за то, что я сама люблю себя. Вот и сейчас я начинаю себя любимую жалеть и гладить по головке. «Ну и чучело ты, Анька, на черта тебе сдались чужие деньги?! Отдай их хозяину и живи спокойно, с чистой совестью. А то вдруг с тобой что случится, и на том свете они тебе не понадобятся. Человеческая жизнь, а уж тем более своя собственная, намного дороже. И почему ты, Анька, на деньги такая падкая?! Ой, не доведет тебя до добра такая черта. Ой не доведет».
А затем я услышала другой голос, который тоже меня жалел, но говорил обратное. «Анют, бедная ты моя, несчастная женщина. И сколько же переживаний и испытаний выпало на твою бедную головушку… И как ты, красавица, все это выдерживаешь. Как у тебя еще нервы окончательно не сдали?! Знаешь, Анька, на полпути не останавливаются, не принято это. Нужно идти дальше, вперед. А то что ж это получается, ты из-за этих гребаных денег столько выстрадала, а теперь их вынуждена кому-то отдать. Михаил — мужчина небедный. Для него эти деньги особого значения не имеют. Если бы они имели значение, то он бы уже давно за ними приехал, но он не едет, чего-то выжидает. А это значит, чтоони ему без особой надобности. У него на роже написано, что для него особой разницы нет, миллионом больше, миллионом меньше. А тебе, Анька, эти деньги, словно воздух, нужны. Тебе таких денег за всю жизнь не заработать, так что ты горячку не пори, а иди смело до конца. Ведь знаешь, Анька, как ни крути, а деньги счастье приносят. С деньгами человек в себе уверен и никаких комплексов по поводу своей несостоятельности не испытывает. Он живет полноценной, нормальной жизнью. Понимаешь, живет, а не прозябает. Сама знаешь, что без денег никакая жизнь не в радость, какая бы духовная она ни была. Жить можно только с деньгами, а без них хочется наложить на себя руки и отправиться на тот свет. Сейчас куда ни сунься, все завязано на деньгах. Без денег ты не человек, а букашка. Жизнь сейчас такая собачья, что вещи ценятся намного больше, чем люди. Мы в этом не виноваты, в этом виновата та жизнь, которая сделала нас такими. Как ни крути, а деньги это счастье, а за счастье нужно бороться. Зубами и кулаками. Так что, Анька, ты от своего счастья не отказывайся. Ты за него борись, оно само к тебе в руки приплыло. А ежели ты откажешься, то останешься в проигрыше. Будешь потом всю жизнь локти кусать. Ты ведь дом хотела купить, да и дорогим шмотьем себя побаловать. Ведь ты же не простая женщина, а дорогая. Обувку ты покупаешь только в Париже, одежду заказываешь у известных модельеров, а это денег стоит, а где ж таких денег набрать-то?! У тебя вон муж теперь какой красивый, а ведь его удержать надо. Поживет онс тобой, поживет и по своей первой жене заскучает. Ведь не зря же в народе говорят, что первая жена дана от Бога, а вторая от дьявола. Ты же должна доказать обратное. Тебе теперь битва нелегкая предстоит. Битва за его прошлую жизнь. Ты должна сделать так, чтобы он жил не прошлым, а настоящим. Так что, Анька, никогда не сдавайся и деньги эти не вздумай никому отдавать. Позвони Михаилу и скажи, что никаких денег не видела и лаже слышать о них ничего не желаешь».
Я замотала головой и постаралась загнать подобные мысли в свой самый дальний угол. Пожалела сама себя называется. Такого наговорила, что голова опухла. Я вновь подошла к зеркалу и произнесла уже вслух:
— Успокойся, Анька. Ради бога, успокойся. Ты всегда была рассудительной и выберешься из любой передряги, и притом достойно. Посмотри на себя. Посмотри, какая ты Красивая, Какая ты желанная. Какая же ты неотразимая. Ну и что ж с того, что у тебя такое изможденное лицо… Все равно оно самое красивое. Самое желанное. Самое неотразимое. Ну и что же, что у тебя синяки под глазами. Они очень даже симпатичные… Ну и что же, что на твоем лице вскочил довольно большой прыщик… Ты только посмотри, какой он необычный. Это означает, что в тебя кто-то влюбился. А знаешь, а ведь прыщик у тебя сексуальный. Ей-богу, он сексуальный… Нужно беречь свои нервы. Как ни крути, Анька, аты должна их беречь. И нервы и себя любимую. Вспомни, свой фирменный способ защиты от нехороших людей. Ты мысленно загораживалась стенкой и оставляла все негативные эмоции там. Ты в школе с одним парнем дружила, а его мать тебя на дух не переносила. Она даже не могла представить себя твоей будущей свекровью. Она такая горластая была, как нас вместе увидит, так и орет, как резаная. Ты же этот прием на ней каждый день испробовала. Ты стенку ставила, и с тебя как с гуся вода.
Я поставила другой диск все с тем же джазом и вновь посмотрела на висящий на стуле пиджак Макса. Ничего, скоро все закончится. Скоро у меня будет пышная свадьба и по мере возможности счастливая жизнь. А платье у меня будет фантастической красоты, специально по мне сшитое. И макияж, и прическа. И сбудется моя мечта детства. Я побуду настоящей Золушкой, преобразившейся в сказочную принцессу на собственном сказочном балу. Пусть даже это бал будет совсем недолгим, но все же он будет… Я буду дефилировать по залу, словно по подиуму. радуясь собственной неотразимости и постоянно смотрясь в зеркала. Это белое платье сделает меня воплощением чистоты и непорочности, и никто даже не сможет подумать о том, что под этим бель», платьем скрывается очень даже порочное тело.
И ничего страшного в том, что мой Макс бандит. Просто он так себя называет, а я никаким бандитом его не считаю. Ну какой он бандит? Не подстрижен же он налысо и никакими цепями себя не обвешал. Красивый мужчина в дорогом костюме и белоснежной рубашке. А по осени он вообще в пальто ходит. Он это пальто ко мне притащил. Я его в шкафу повесила. Стильное, классическое пальто… Ну разве бандиты в таких пальто ходят? Нет. Именно такой мужчина мне и нужен для жизни. С ним я никогда не буду себя чувствовать героиней бунинских рассказов, которая была несчастлива в браке и постоянно заполняла свою пустоту в душе какой-нибудь ненужной, плотской любовью на стороне. От таких, как Макс, не гуляют. Я чувствую, что от таких не гуляют.
В этот момент зазвонил городской телефон и включился автоответчик. Это звонил мой рекламный агент, голос которого был крайне недовольным и озадаченным.
— Аня, что с тобой творится, твои телефоны молчат. Так нельзя относиться к работе. Позвони, договоримся о съемках. У меня есть для тебя интересное предложение. Кстати, предлагаю встретиться и поговорить по душам. В последнее время ты стала какая-то несобранная и непунктуальная. Еще совсем недавно ты была самая обязательная женщина, из тех что я когда-либо встречал. У тебя что-то случилось? Обязательно позвони мне. Я жду.
Как только автоответчик замолчал, я выключила музыку и кондиционер.
— Ты была самая обязательная женщина, из тех что я когда-либо встречал! — передразнила я своего агента. — А сколько ты вообще женщин встречал? Одну, две, а может, три?! Супя по твоему внешнему виду, у тебя их вообще не было. Не зря на киностудии к тебе цепляются только мужчины. Он спрашивает, что со мной случилось. Наивный. Да если я скажу ему о том, что же со мной случилось, у него глаза вылезут из орбит и случится сердечный приступ! Со мной много чего случилось… Всего не расскажешь.
Я вновь нервно заходила по комнатам и поняла, что я не в состоянии позвонить своему рекламному агенту потому, что я просто не могу сосредоточиться на работе. Мою голову одолевают самые тяжелые мысли, и больше я не могу не понятно, чего ждать. Больше так продолжаться не может. Просто не может и все. Подойдя к телефону, я набрала номер телефона Михаила и без лишних предисловий произнесла:
— Михаил, это Аня. Нам нужно увидеться.
— Здравствуй, Анечка. Очень рад тебя слышать, — заметно обрадовался Михаил. — Как твои дела?
— Миш, давай увидимся.
— У тебя что-то стряслось?
— У меня каждый день какая-нибудь встряска.
— Что-нибудь серьезное?
— Миш, нам нужно увидится! — почти закричала я в телефонную трубку и почувствовала, как окончательно сдают мои нервы.
— Успокойся. Конечно, давай увидимся. Я сейчас к тебе приеду.
Я с ужасом посмотрела на часы и отметила про себя, что на улице уже начало темнеть. Это ж надо, весь день провозилась в этой деревне да еще пережила такой стресс.
— Нет. Давай встретимся на нейтральной территории или давай я приеду к тебе сама.
— Ань, у тебя такой голос… Да что с тобой происходит?
— Все хотят знать, что со мной происходит… Но как я могу ответить на этот вопрос, если я сама не знаю ответа. Все началось с этого вечера, на который ты меня позвал. И какого черта я согласилась?! Почему я не решилась тебе отказать?!
— Анна, успокойся. Ты расскажешь мне обо всем, что произошло. Сейчас мы увидимся, и ты мне все расскажешь.
Я быстро перевела дыхание и по возможности взяла себя в руки. Я не хотела строить разговор именно так. Я вообще ничего не хотела рассказывать. Я надеялась, что Михаил расскажет обо всем сам. А я… Я его внимательно выслушаю и расставлю все точки над i…
— Я просто боюсь. Понимаешь, я постоянно боюсь. Я и не знала, что можно так сильно бояться. Эти колготки твоей жены… Сегодня колготки, а завтра платье… Я хочу ясности! Я хочу, чтобы ты мне сам все рассказал. Ты же хочешь серьезно со мной поговорить, это твои слова… Ты же сам настаивал на встрече…
— Конечно, Аня. Конечно. Я выезжаю.
— Куда?! — я чуть не оглохла от крика и вновь посмотрела на часы. — Куда ты выезжаешь?!
— К тебе.
— Ко мне?!
— Ну да. Зачем тебе куда-то тащиться, если я могу приехать к тебе сам?! Заодно посмотрю твои дверные замки. Мне самому интересно, как колготки моей жены попали в твоюквартиру. Неужели у тебя такие плохие замки?
— У меня нормальные замки. Миша, ко мне нельзя. Я приеду сама.
— Но почему?
— Потому что за ту неделю, что мы не виделись, кое-что изменилось. У меня появился муж.
— Муж?! Какой?
— Обыкновенный, на двух ногах и с одной головой. Вернее, нет, головы у него две. Одна верхняя, а другая нижняя, — улыбнулась я через силу и вспомнила то время, когда я работала в салоне интимных стрижек.
— Ань, но ведь всего неделю назад у тебя не было никакого мужа, — заметно растерялся Михаил.
— Правильно, не было. Но ведь прошла целая неделя! Мужья же быстро появляются… Не успеешь оглянуться, как он уже готовенький на диване лежит. Дурацкое дело нехитрое.
— Ты хочешь сказать, что сейчас твой муж лежит на диване?
— Сейчас нет, но скоро он может прийти домой и сразу на него лечь.
— А где ты себе нашла такого диванного мужа?
— Да он не диванный, — принялась я заступаться за Макса. — Он диваны на дух не переносит, но я-то мужиков, как облупленных знаю, это они поначалу только диван стороной обходят, пока не прижились. А как приживутся, так их от дивана за уши не оттащишь. Они от него задницу черта с два оторвут. Короче, ко мне нельзя. Я теперь женщина несвободная.
— Анна, странная ты все-таки. Таких странных я никогда не встречал.
Это неплохой комплимент.
— И все же, больно быстро ты свою судьбу устраиваешь. За неделю мужа заимела.
— Я же тебе по-моему уже сказала, что дурацкое дело нехитрое. Я свою судьбу и за сутки устроить могу. Мужика нужно почувствовать. Я его увидела и сразу поняла, что это мое. Это очень важно, понимаешь?! Мы живем с ним уже целую неделю. Недавно я вспоминала всю свою жизнь, которая мирно протекала до этой недели, и поняла, что она была напрочь лишена какого-либо смысла. Я постаралась понять, почему. Казалось бы, я достигла всего, чего желала. Я превратилась из незаметной, земной женщины В женщину совершенно неземную, которую совершенно невозможно не заметить и уж тем более когда-либо забыть. Ведь когда-то у меня не было ни денег, ни известности. А за эту неделю многое изменилось. Моя квартира, в которую меня никогда особенно не тянуло, вдруг стала по-настоящему теплым домом. Домом, куда я спешу, где хочется жить и ждать. Эту неделю я стала жить в согласии с собой. Это очень важно — жить в согласии с собой. Наверное, ты считаешь меня идиоткой. Ну и пусть. Мне все равно. Возможно я опять попаду в ту же самую ловушку… Ну и пусть… мне будет приятно попасть в нее еще раз.
Я немного помолчала, но уже через несколько секунд продолжила:
— Миш, давай встретимся как можно быстрее.
— А где?
— Давай, я приеду к тебе.
— Я жду.
Как только Михаил повесил трубку, я принялась судорожно собираться и обдумывать предстоящий разговор. Сейчас будет окончательная, финальная сцена. Михаил мне скажет про деньги, а я сдвину брови на переносице и сделаю вид, будто не понимаю о чем идет речь. Я сыграю настолько правдоподобно, что Михаил засомневается в правильности своего решения и остановится на том, что деньги из машины были изъяты еще до того, как я в нее села. А если Михаил мне не скажет про деньги в машине? Как это не скажет? Скажет… Обязан сказать. В конце концов я должна определиться и знать, принадлежат эти деньги мне или нет. Если принадлежат, то я должна их забрать из этой проклятой деревни и купить нам с Максом собственный дом, о котором он так мечтает. Если я пойму, что Михаил не отступится от денег, то пусть он едет сам в эту деревню и занимается их изъятием. Хотя нет… Мы должны поделить их поровну. По крайней мере это будет по-честному. Одна половина ему как хозяину, а другая мне, за честность и сохранность.
Поняв, что я несу полный бред, я быстро оделась, подошла к зеркалу и навела последний штрих на своем лице. Вот так-то лучше. В этот момент в дверь позвонили. Я вздрогнула и подумала о том, что у Макса есть ключ… Но все же я открыла. На пороге стояла тетя Валя и смотрела на меня виноватым взглядом.
— Тетя Валя, что-то случилось?
— Нет, Анечка. Я на чашечку чая. У меня перерыв пятнадцать минут.
— Вообще-то я спешу… Хотя проходите. Пятнадцатью минутами больше… Пятнадцатью минутами меньше…
Я провела тетю Валю на кухню и пригласила к столу. Тетя Валя села на стул и посмотрела на меня умиленным взглядом. Поставив чайник на газ, Я села на против и постаралась улыбнуться.
— А может, чего-нибудь покрепче?
— Да нет. Я на работе.
— Тетя Валя, а что же все-таки случилось? Как Славик?
— Пьет, что ему еще делать.
— А может, его закодировать?
— Вот еще, только деньги тратить. Пусть пьет, коли пьется. Быстрее сдохнет да мне квартира достанется. Хотя в моем возрасте человеческие ценности намного важнее, чем материальные. Хороший мужик важнее, чем хорошая квартира. Да только где их взять-то, нормальных мужиков? Негде. Приходится довольствоваться тем, кто рядом. Я иногда его так ненавижу, прямо убить готова. Живешь на ничтожную зарплату, экономишь, как можешь. Домой придешь, а там пустые бутылки из-под дешевой водки. Думаешь, опять этот старый козел у тебя из кошелька деньги стащил и глаза налил. Не думает о том, что завтра обед будет не из чего варить. Совершенно не думает. Водка водкой, а ведь к ней еще закуска нужна. Хочется взять хотя бы одну пустую бутылку и разбить о его никчемную голову. А иногда мне его жалко становится. Особенно по утрам, когда он болеет и похмелиться просит. Прямо криком кричит, паразит эдакий. И его жалко, и себя тоже. Я ведь женщина видная, чистоплотная, хозяйка хорошая. Неужели я недостойна лучшего? Ну почему мне так и не встретился приличный мужчина?
Разлив чай по чашкам, я придвинула одну чашку тете Вале и показала на вазочку с печеньем.
— Теть Ваал, печенье хорошее, свежее, попробуйте.
— Да ты, Анечка, за меня не переживай. Я просто чаю хотела. Ничего, что я с тобою на ты?
— Мне очень приятно. Так как-то роднее вроде.
— Анечка, я насчет того историка с тобой поговорить хотела…
— Какого историка?
— Ну того, которого мне нашли в службе знакомств. Может, все-таки тебе с ним увидеться? Сама знаешь, такие мужики на дороге не валяются. Если мы его тебе сейчас не отхватим, то его другая к рукам приберет.
— Теть Валь, да вы что? Вы серьезно, что ли?
— Да куда уж серьезнее-то. Анечка, ты пойми меня правильно. Тут время не терпит. Мне его тоже целую вечность не могут придерживать. Сама знаешь, такие мужики на дороге не валяются. Они раз в пятилетку в службу знакомств попадают. Тут что-то решать надо. Определяться, так сказать.
— Теть Валя, да я замуж скоро выхожу. На черта мне этот историк, — от души рассмеялась я. — Вы его не придерживайте. Отдайте его какой-нибудь нормальной одинокой женщине. А у меня теперь мужик в доме. Вон в зале даже пиджак на стуле висит. Остальные вещи я в шкафу развесила. У него даже пальто есть осеннее. Это значит, что он со мной не на один сезон… А в ванной различные принадлежности мужские лежат. Бритва, пенка, гель… А еще он хочет халат мужской махровый купить. По дому ходить. Тапочки у меня есть сорок второго размера… Так что мне никого не надо. У меня свой мужик имеется. Я вот сейчас по делам съезжу, а когда приеду, трусики ему подштопаю. У него одни трусики есть с дыркой. Предыдущая жена недоглядела. Я их отложила, подштопать нужно.
— Ань, а может, все-таки еще историка посмотрим?
— На кой черт?!
— Историк-то все-таки холостой.
— Так и мой разводится.
— А историк вообще никогда женат не был. У него нет ни бывших жен, ни детей. Это большой плюс. Чистенький, как младенец.
— А сколько этому историку лет-то, что он женат не был?
— Да хватает.
— Вот и плохо, что он до седых волос дожил, а женат до сих пор не был. Такой никогда не женится.
— Да как же не женится, если он объявление в службу знакомств дал?
— Да, может, у него бзик какой.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [ 17 ] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.