read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


С двумя другими бунтарями расправилась Норико. Первый, перескочивший через стол, угодил в «Паутину тлена». Опутанный липкими разъедающими нитями, он воплем метнулся к портьере, запутался в ней и сорвал вместе с карнизом. Зал наполнился удушающим смрадом гниющей плоти.
Бригитта, последняя из напавших, попыталась бежать, выпрыгнув в окно, но с потолка упала длинная, очень похожая на волосы Норико веревка. Она, точно змея, петлей закрутилась вокруг шеи жертвы и вздернула ее к потолку.
– Остановитесь! – крикнула Хранья своим последователям. – Немедленно!
Альгерт метнул на нее недовольный взгляд, но не посмел ослушаться приказа и убрал «Смех Ракшаса».
– И вы хотели выступить против меня?! – презрительно произнес нахттотер. – Вы?! Жалкие подобия, насмешка над кровными братьями, слабаки! Убирайтесь!
И, видя, что никто не торопится, рявкнул:
– Вон, я сказал!!!
– Оставьте нас, – негромко приказала Хранья, заметив, что у брата от бешенства начинают белеть глаза.
Заговорщики потянулись к выходу. Альгерт, прошептав «как прикажете, нахттотерин», вышел последним. Услышав его слова, Миклош с насмешливым видом изогнул брови.
Норико изящно села на один из стульев и с пристальным интересом разглядывала лежащую на столе белую розу, окропленную кровью. Немного подумав, она осторожно взяла цветок и, стараясь не стряхнуть рубиновые капли, поставила в прозрачную бутыль с узким горлышком, на четверть заполненную кровью. Прожилки нежных лепестков налились алым, запульсировали, словно артерии, и роза стала багряной.
– Выйдите все, – приказал Миклош. Дождался, когда они с сестрой окажутся наедине, обогнул разложившийся труп, распахнул окно, впустив в зал свежий, морозный воздух, прогоняющий удушливый смрад.
– Тебе идет роль паяца, брат, – мрачно сказала Хранья.
– Totus mundus agit histrionem, soror,[47]– усмехнулся Бальза и произнес на древнем, давно забытом всеми языке маркоман: – Так, значит, нахттотерин?..
Хранья не ответила. Миклош улыбнулся.
– Как единоличная власть в лице нахттотерин сочетается с теми разряженными олухами, что сейчас тебя окружали? Решила возродить Десять Гласов? Зря. Одетые в крашеные простыни идиоты, так и останутся одетыми в крашеные простыни идиотами. Не больше и ни меньше. Надо жить настоящим, а не прошлым, Хранья.
– Это – твое настоящее?! – она, с отвращением указала на труп возле его ног, а затем кивнула на повешенную. – Или это? Ты убиваешь братьев! Ради чего? Настоящего?! Или будущего?!
Он разочарованно вздохнул, сбросил маскарадный костюм, оставшись в свитере и брюках.
– Это не настоящее, не будущее и даже не прошлое. Это – ничто. Капля в море, о которой через два дня никто не вспомнит. Отродье расплатилось за собственную глупость. Они не мои братья. Всего лишь блаутзаугеры, посмевшие выступить против меня.
– Может быть, и я ничто? Не твоя сестра? – холодно процедила Хранья.
– Сколько наигранного негодования! – скривил губы Миклош.
– Зачем ты пришел? Убить меня? – она сложила руки на груди.
– Нет. Пока – нет. Знаешь, я никогда бы не узнал о твоем приезде, если бы не твой глупый пес, Альгерт.
Хранья в раздражении дернула плечом.
– Он тебя подставил, – голосом ангела-искусителя продолжил Миклош. – Надеюсь, ты его накажешь.
– Я разберусь без твоих советов! – зло отрезала она.
– Отдай его мне. Он все равно ни на что не годен. Даже моих слуг не смог убить. Раздутое самомнение помешало ему проверить, не выжил ли кто-нибудь после «Поцелуя».
– Пока я дышу, ты не получишь никого из них, кровопийца! – яростно прорычала Хранья.
– Кровопийца?! – рассмеялся Миклош и отвесил шутливый поклон, не вставая со стула. – Польщен! Ну-ну! Не смотри на меня волком, – он снял кожаные перчатки. – Лучше расскажи, где ты пропадала все это время после своего скоропостижного исчезновения.
– Боялся меня? – она впервые улыбнулась.
Светлые брови Миклоша сошлись у переносицы.
– Тебя? Кто ты такая, чтобы я боялся тебя? Ты всего лишь жалкое ничтожество, забившееся в крысиную нору! Что тобой движет, сестра? Неужели ты желаешь превратить клан в сборище жалких, никчемных созданий, какими стали твои «воины»?
– Убирайся! – прорычала она.
– Я уберусь, когда посчитаю нужным!!! – заорал он, перегибаясь через стол. – Никто не смеет мне приказывать! Никто! А уж тем более такая подлая тварь, как ты! Подумать только, что бы ждало тхорнисхов, если бы твой мятеж удался! Клан бы умер.
– Клан и так уже давно умер! С тех пор, как ты изменил его! Тхорнисхов не существует! Они другие! От Золотых Ос ничего не осталось. Слышишь?! Ничего! Ты разрушил семью!
– Я защитил ее! Я первый понял, что нас раздавят! Сомнут! Пожрут те, кто тогда был сильнее! Мы стали клинком, разящим любого, кто смеет пойти против нас, подмять под себя, заставить плясать под чужую волю! Именно этого хотел Луций!
– Не смей упоминать Луция, сволочь! Ты не стоишь даже его пальца! – теперь уже орала она, и Миклош почувствовал, как по ее рукам пробежала волна – первый предвестник магической атаки.
– Ты! – выплюнула она. – Ты разрушил все, что он создал! Все, что он любил! Все, во что он верил! Все, к чему нас так долго готовил!
– Он хотел, чтобы мы выжили, чтобы могли за себя постоять! Желал, чтобы нас не подчинили Нософорос, Лудэр, Лигаментиа или Кадаверциан! И я реализовал все, что он не успел осуществить! Это сделал я, а не ты! – его лицо перекашивало от гнева.
– Цена оказалась слишком высока, Миклош. Ты создал чудовище на костях клана, которое теперь лишь по недоразумению называют Нахтцеррет, – она взглянула на него с отвращением. – Ты уничтожил всех. И Луция, и тех, кто был до него. И меня. И себя тоже. Благодаря тебе, брат, мы всего лишь ходячие мертвецы.
– Ерунда! Хватит быть малодушной. Открой глаза! Клан спасен, хотя за это мне и пришлось заплатить свою цену.
– Ты чудовище! – прошептала она. – Тебя надо остановить.
– Если встанешь у меня на дороге – я забуду, что в нас течет одна кровь, – он наклонился к ее уху и прошептал. – Я сокрушу тебя.
Ее лицо застыло, но голубые глаза пылали лютой ненавистью.
– Мне кажется, что тебе не стоит покидать Столицу без моего разрешения. Ты сама вернулась сюда, так что имей смелость ответить за этот промах. Попытаешься скрыться – умрешь. Наслаждайся городом. Осмотри достопримечательности. А я пока подыщу для тебя приличную дыру на следующую тысячу лет. Мои солдаты глаз с вас не спустят.
– Когда я успела тебя потерять? – грустно прошептала она.
– В тот день, когда ты меня предала, – жестко ответил он.
По ее щеке сбежала одинокая слезинка.
Мятежники, словно бараны, были согнаны в холл. Миклош остановился перед ними, мрачно изучил посеревшие лица и процедил:
– Вы – den undankbaren schweinen[48].Вы живы лишь благодаря моей милости. Помните это. Тот, кто признает свою вину и пойдет за мной, будет прощен. Всем остальным пощады не будет.
Сказав это, он вышел на улицу. Несколько мгновений постоял на крыльце.
– Я еще нужна вам сегодня, господин? – поинтересовалась Норико. – Хочу поохотиться.
– Кровавой охоты, – пожелал Миклош.
– Доброй ночи, господин.
Японка и ее телохранители скрылись в парке, а нахттотер поспешил к машине, прислушиваясь, как снег противно скрипит под подошвами, словно кто-то возит углем по шероховатой бумаге.
– Никто не следует за вами, нахттотер, – прогудел Йохан.
– Разумеется. Я и не ожидал этого. Одни из них слишком трусливы, другие излишне глупы. Ни с теми, ни с другими мне не по пути.
Он сел в машину, лимузин плавно тронулся с места и, набирая скорость, устремился в сторону Садового.
– Для чего надо было раскрывать перед ней карты? – пробурчал Йохан, почесав себя под мышкой. – Весь эффект внезапности потерян. Теперь они будут готовы к удару.
Господин Бальза возвел глаза к потолку.
– Меня не волнуют, к чему они готовы. Неужели я должен считать эту шваль опасными противниками?! Мы сильнее отщепенцев. И я только что лишил Хранью поддержки Даханавар. Фелиции обязательно доложат о моем визите. И она не будет ничего делать, пока знает, что я глаз с Храньи не спускаю. Ты поставил наблюдателей?
– Да. Наемники уже занялись слежкой. Фелиция, возможно, думает, что вы и так знаете о ее участии.
– Это не важно. Она не будет мне мешать. А на Совете я, в любом случае, теперь смогу ее прижать.
Его отвлек какой-то раздражающий шум. Странный скрип. Пытаясь понять, что это такое, Бальза задумчиво нахмурился. Автомобильные покрышки? Проблемы в двигателе?
В этот самый момент машина резко затормозила, и Миклош едва не слетел с дивана.
– Жить надоело?! – заорал он на Рэйлен, сидящую за рулем.
– Нахттотер, я не при чем, – начала оправдываться она. – Там…
Но глава клана уже и сам увидел причину столь внезапной остановки и, в очередной раз чертыхнувшись, на этот раз с бескрайним удивлением, выбрался из лимузина следом за помощниками.
Тихую, уже отгулявшую праздник улицу перегораживала поперек высокая бетонная стена. Над ней сияло бездонное звездное небо и перевернутый рожками вверх месяц.
– Кто мог такое сделать? – прошептала Рэйлен, пораженная невиданным зрелищем.
Бальза не успел ответить. Йохан приблизился к преграде вплотную, и внезапно стена исказилась. Задрожав, начала плавиться, теряя форму и обрастая щупальцами. Одно из них потянулось вперед, и Чумной, не слушая предостерегающего окрика Миклоша, нанес удар.
Иллюзия развалилась на две части. Во все стороны плеснуло заключенной в камне Силой. Улицу затопило бирюзовое свечение, стекла в домах и машинах лопнули. Даже сквозь грохот был слышен полный боли вопль ландскнехта.
Снег растаял, земля дымилась. Чумной лежал на спине, из его рта и развороченной груди хлестала кровь. Рэйлен бросилась к учителю, склонилась над ним, подняла умоляющий взгляд на подошедшего, взъерошенного, точно хорек, Миклоша.
– Ты идиот, – безапелляционно заявил Бальза раненому. В домах загорался свет, слышались встревоженные крики. Полиция, наверное, уже была в пути. – Я разве не говорил ничего не трогать?
– Просс-сти-те, нахттотер, – просипел Йохан.
– Он не может регенерировать! – чуть не плача, сказала Рэйлен.
– Тоже мне открытие, – буркнул Миклош, набирая на сотовом номер. – Тащим его в машину. Алло. Роман, прикажи усилить охрану особняка. Собери всех. Слышишь?! Всех, кто есть в Столице! Выход в город без моего личного разрешения запрещен.
Он смахнул с сиденья осколки битого стекла, сел за руль и понесся прочь.
Йохан потерял сознание. Испуганная Рэйлен тщетно пыталась остановить кровь. Бальзе пришлось потратиться на «Клетку здоровья» – заклинание, способное хоть как-то справится с безумной, искажающей все законы, магией лигаментиа.
– Нахттотер. Он выживет?
Миклош мрачно хмыкнул и неприятно хрустнул суставами на пальцах:
– Не исключено.
Он думал о более серьезных вещах, чем здоровье ученика.
Глава 18
Возвращение
Спорить – это так вульгарно. Ведь в приличном обществе всегда придерживаются одного и того же мнения.[49]2января
Кристоф толкнул дверь зала Совета и вошел первым. Сосредоточенная, собранная Дона следовала за ним, не отставая ни на шаг.
Этой ночью родственники собрались узким кругом. За столом сидели только шесть глав кланов, и когда присутствующие увидели кадаверциан, негромкое жужжание голосовнемедленно стихло.
Несколько мгновений старейшины пребывали в изумлении, глядя на некромантов, почтивших вниманием их собрание. Кристофу удалось шокировать общественность своим появление не меньше, чем во время проведения Витдикты.
Первым пришел в себя Амир Асиман.
– Какой приятный сюрприз, – процедил магистр сквозь зубы, с плохо скрытой ненавистью глядя на колдуна.
– Неожиданный, я бы сказал, – подхватил Миклош, поигрывая тростью и улыбаясь едва заметно.
– Означает ли это, что благородные кадаверциан прерывают добровольное изгнание, – Рамон поднялся, чтобы поцеловать вилиссе руку, – и возвращаются в нашу большуюсемью, чтобы еще больше сплотить ее?
– Или разрушить… – негромко добавил Александр, взглянув на тхорнисха.
Фелиция вежливо улыбнулась, хотя ее глаза остались настороженными. Иован смерил некромантов не слишком любезным взглядом.
В игру вступил новый клан, и теперь все напряженно решали – в чью пользу будет разыграно его появление. Еще одна сила на вечно колеблющихся чашах весов.
Не обращая внимания на переглядывание родственников, Кристоф отодвинул стул, помогая Доне сесть, и опустился рядом.
Судья появился в зале, когда тишина стала невыносимой, и, оглядев всех присутствующих, произнес:
– Доброй ночи, господа. Рад видеть вас в здравии. – Встретился взглядом с мастером Смерти и продолжил. – Прежде чем мы приступим к официальной части, позвольте представить вам нового главу клана Кадаверциан.
Колдун учтиво наклонил голову.
– Мои поздравления, Кристоф. – Фелиция вежливо улыбнулась. – Думаю, все со мной согласятся, что выбор твоего клана не стал для нас неожиданностью.
Любезность мормоликаи была принята обществом с молчаливым согласием. Возражений не последовало, только Амир позволил себе кривую усмешку в ответ на какие-то свои не слишком приятные мысли.
– Теперь, когда с формальностями покончено, – ревенант сел в кресло во главе стола, – перейдем к основной части.
Миклош открыл было рот, но магистр опередил его:
– Клан Асиман намерен сделать заявление! Я обеспокоен неожиданным исчезновением Эрнесто Асимана. О нем нет вестей уже четырнадцать дней, и я хочу просить Совет о содействии в его поисках.
– Возможно, любезный друг, ему просто надоела ваша невоспитанность и он подался в бега, – желчно процедил Бальза, раздраженный тем, что ему не дали высказаться первому.
– Ваш юмор неуместен! – разъярился магистр. – Это дело требует немедленного вмешательства.
– Полноте! – притворно зевнул тхорнисх. – Братья исчезали и раньше. К примеру, уважаемый Вольфгер Владислав. О нем нет ни слуху ни духу почти тридцать лет. Возможно, вам стоит поискать своего подчиненного рядом с ним?
– То есть в могиле?! – прошипел асиман.
– А уважаемый Амир безусловно располагает неопровержимыми доказательствами, которые подтверждают его догадки о нахождении Вольфгера именно там? – холодно поинтересовался Кристоф.
Эти слова подействовали на асимана, как холодный душ. Он тут же остыл и сказал куда более спокойным тоном:
– Нет. Конечно же, нет.
– Что вы хотите, Амир? – сменила тему опасного разговора Фелиция, и Александр кивнул, поддержав ее.
– Не двоедушничайте, Фелиция. Я хочу, чтобы ваш телепат прочитал мысли присутствующих и узнал, что произошло! – заявил маг.
– Если кто-то из уважаемых господ забыл, мне придется напомнить еще раз, – ледяным тоном произнесла мормоликая. – Дарэл больше не является членом клана Даханавар. И я больше не могу распоряжаться его временем и контролировать его поступки. Кроме того, я даже не знаю, где он находится в настоящее время.
– Так узнайте! – рявкнул Амир. – Я требую, чтобы тот из присутствующих, кто укрывает телепата, немедленно сообщил об этом! – Асиман выразительно посмотрел на Кристофа, и добавил угрожающе: – Доставьте его сюда. Заставьте работать.
– Это невозможно, уважаемый господин ар Рахал, – лениво отозвался Рамон. – Он теперь, выражаясь языком фэриартос, свободный художник. И никто не может «заставить» его делать что бы то ни было.
– К тому же вряд ли он будет работать на вас добровольно, Амир, – сказал Кристоф, выдержав пристальный взгляд магистра. – Особенно после некоторых недавних событий.
Миклош скептически скривился:
– Не правда ли, удивительно, что госпожа Фелиция решилась отказаться от такого козыря в нашей игре.
– Удивительно повезло тому, кто взял опального сканэра под свое покровительство, – тонко улыбнулся Рамон.
– Отлично! Раз бывший даханавар в данное время «недоступен», предлагаю использовать сенсора вриколакосов! – выпалил красный от злости Амир.
Его предложение потонуло в возмущенном вопле Миклоша, побелевшего от ярости:
– Вы в своем уме?! Я не позволю, чтобы оборотни копались в моих мозгах!
– Мой ученик не будет выполнять за тебя грязный труд! – прорычал Иован.
Рамон нахмурился, наклонился к Леди и что-то шепнул ей. Мормоликая разочарованно покачала головой. Александр остался равнодушным. Казалось, его мысли блуждают где-то далеко от зала.
– Уважаемому Амиру известно такое понятие как презумпция невиновности? – поинтересовалась Дона.
– Это исключено, – громко произнес ревенант, привлекая к себе внимание всех присутствующих. – У вас, господин Амир, нет не только доказательств, но даже подозрений.
– Из-ви-ни-те! Подозрений у меня навалом. Я подозреваю всех.
– Это не повод обращаться к телепату, – все так же спокойно ответил Судья. – Пока у вас не будет чего-то большего, чем беспочвенные обвинения.
– Я этого так не оставлю! Когда я узнаю, что произошло, тот, кто это сделал, ответит сполна.
– Когда вы узнаете, кто это сделал, обратитесь в Совет. Мы накажем виновных.
Фелиция одобрительно улыбнулась. Амир прошипел что-то злобное, но был вынужден смириться.
– Мы собрались сегодня по просьбе господина Бальзы, – продолжил ревенант. – Давайте выслушаем его.
– Благодарю вас, – с легкой иронией отсалютовал тростью Миклош. – Начнем с того, что клан Нахтцеррет обвиняет клан Вриколакос в нарушении неприкосновенности жилища и порче ценного имущества, – с мстительным удовольствием заявил Миклош.
Глаза Иована сверкнули желтым:
– Уже заплатили, – злобно рыкнул вриколакос.
– Все претензии клана Нахтцеррет удовлетворены, – подтвердил Судья. – И, насколько мне известно…
Договорить он не успел.
Дверь широко распахнулась, и в зал, держась за руки, вошли двое подростков. Юноша лет шестнадцати со спутницей, года на три младше него.
Девочка с любопытством посматривала по сторонам. Ее короткая синяя юбочка и голубая футболка странно сочетались с тяжелыми ботинками на рифленой подошве. Черные волосы, похожие на блестящий мех пушистого зверька, были старательно причесаны. Улыбка то и дело начинала играть на алых губах, а глаза, напоминающие цветом спелые вишни, светились детским озорством и лукавством. Появление этого милого ребенка среди кровных родственником могло вызвать изумление у непосвященного.
В отличие от нее, юноша выглядел хмурым и неприветливым. Узколицый, с острым подбородком, прямым тонким носом, холодными фиолетовыми глазами и низкими бровями. Длинные каштановые волосы спутанными прядями падали на его плечи. Пиджак и джинсы были довольно потертыми. Казалось, он уделил все свое внимание внешнему виду сестры, стараясь чтобы она выглядела как можно аккуратнее, а сам надел первое попавшееся. Но его ни в коей мере не смущал собственный вызывающий облик.
Кристоф заметил, как застыл Миклош, увидев своих давних врагов. Иован откинулся на спинку кресла, шумно вдохнув. Рамон обменялся быстрым взглядом с Фелицией, а Александр мимолетно улыбнулся, посмотрев на тхорнисха.
Иноканоан и Соломея.
Лигаментиа.
– Доброй ночи, – произнесла девочка нежным, хрустальным голоском. – Столько новых лиц…
– Мы рады вернуться снова, – подхватил ее спутник, но в его обманчиво дружелюбных интонациях зазвучал отголосок стали.
Лигаментиа остановились рядом с Доной и Кристофом. Кадаверциан поднялся, уступая девочке свое место. Соломея окинула его цепким недетским взглядом и печально покачала головой:
– Все изменилось. Все опять изменилось.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [ 18 ] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.